Трезвее — значит сильнее: почему закрытие алкозаводов — это про будущее наших семей

Я не экономист и не демограф, я обычный человек, который любит свою страну и потихоньку разбирается в экономике. И когда читаю, что за год закрылись 30 производителей крепкого алкоголя, первая реакция — «опять что-то рушится». Но если подумать не про заводы, а про людей, картинка становится совсем другой.
Вот что меня цепляет. Мы все знаем эти цифры про продолжительность жизни: мужчины в некоторых регионах не доживают до пенсии. Это не абстрактная статистика — это чьи-то отцы, мужья, братья. По данным Минздрава, избыточное потребление алкоголя сокращает жизнь мужчины в среднем на 6 лет. А исследования показывают, что почти 70% смертей мужчин трудоспособного возраста связаны с алкоголем. Для меня это не просто строчки в отчёте — это тысячи семей, где ребёнок растёт без папы, а жена остаётся одна. И если из-за того, что дешёвой и легкодоступной водки станет меньше, хоть несколько сотен таких мужчин доживут до пенсии и увидят, как вырастут их дети, — это уже огромная победа.
С деньгами тоже всё не так просто. Говорят, что бюджет теряет на акцизах. Да, теряет. Но эксперты из Сеченовского университета посчитали: злоупотребление алкоголем обходится стране примерно в 1,5 трлн рублей в год — это 0,7% ВВП. Причём 95% этих потерь — это не траты на больницы, а недополученный доход: люди раньше времени уходят из жизни или не могут нормально работать. Получается, государство каждый год теряет на последствиях пьянства куда больше, чем собирает с продажи алкоголя. Для человека, который привык считать каждую копейку (а я как раз такой — ипотеку тяну, собираю небольшой портфель ценных бумаг, в магистратуру поступил), эта математика бьёт прямо в цель: выгоднее, чтобы люди жили дольше и работали, чем чтобы в каждом ларьке стояла дешёвая бутылка.
И да, я понимаю, что новость про 30 закрытых заводов — это во многом про то, как рынок становится жёстче к маленьким игрокам. Крупные компании остаются, рынок консолидируется. Но сам тренд мне кажется правильным: структура потребления меняется, люди всё чаще выбирают не крепкий алкоголь, а что-то другое или вообще ничего. И это не про «запретить всё», а про то, чтобы убрать из повседневной доступности то, что бьёт по самым уязвимым.
Для меня, как для человека, который думает о будущем — о своей семье, о городе, о стране, — в этом есть надежда. Если продолжительность и качество жизни вырастут, если больше мужчин будут доживать до пенсии здоровыми, это даст экономике куда больше, чем любые акцизы. Это будут рабочие руки, налоги, спокойные семьи. Это будет страна, где люди не сгорают в 55 лет, а живут полноценной жизнью.