Российский дизель разрешили. Кто заработает на том, что топливо должно подешеветь?

У этой новости необычная экономика. Российский производитель может получать больше с каждой тонны, даже если мировая цена дизеля снизится. А часть зарубежных нефтепереработчиков при этом может потерять прибыль.

9 октября OFAC выдал генеральную лицензию №135. Она разрешает связанные с продажей, доставкой, разгрузкой и импортом российского дизеля операции, запрещённые двумя указанными в документе американскими санкционными режимами. Ввоз в США прямо включён. Срок действия заканчивается в 00:01 по восточному летнему времени США 7 апреля 2027 года.

Это существенное послабление именно для торговли дизелем. В документе нет лимита на количество тонн и условия, что топливо должно быть погружено до определённой даты. Но лицензия не означает исключение компаний из всех санкционных списков. Отдельно сохраняется запрет на списания со счетов ЦБ РФ, ФНБ и российского Минфина в американских финансовых учреждениях.

Европейское эмбарго на российские нефтепродукты американская лицензия тоже не отменяет. Для сделки с европейским банком, страховщиком или перевозчиком их собственные ограничения по-прежнему имеют значение. Поэтому обещать мгновенное возвращение всей прежней логистики было бы слишком смело.

США сейчас решают вполне конкретную проблему с ценой топлива. По данным EIA, на 5 октября средняя розничная цена дорожного дизеля составляла $6,199 за американский галлон. Годом раньше было $3,711. Рост примерно на 67%.

Запасы дистиллятов, в которые входит дизель, на 2 октября составляли 105,1 млн баррелей против 121,6 млн годом раньше. Это примерно на 13,5% меньше по точным значениям ряда EIA. Запасы здесь относятся к группе продуктов, а не исключительно к автомобильному дизелю.

Ещё 5 октября Трамп поручил Минфину предоставить временные налоговые отсрочки и послабления в пределах законных полномочий, отдельно указав на проблемы фермеров и перевозчиков. Теперь к налоговым мерам добавляется возможность покупать российское топливо. Эта последовательность поддерживает объяснение через дорогой дизель; сама по себе она не доказывает договорённость о полном снятии санкций.

С объёмами есть условие, которое легко потерять в заголовке. В своём заявлении Трамп назвал более 300 тыс. тонн немедленно, ещё 500 тыс. в ноябре и 1 млн сразу после этого. Эти партии дают около 1,8 млн тонн. Дополнительные 3 млн тонн он прямо связал с состоянием российских НПЗ.

То есть примерно 4,8 млн тонн получится при реализации всего объявленного плана. Это заявленные поставки на американский и мировой рынки, с условной дополнительной частью. Считать все эти тонны уже законтрактованным импортом США оснований нет.

Российские правила создают ещё одно ограничение. Постановление №1252 продлило до 31 октября период экспортных ограничений, предусмотренных постановлением №954. В самом режиме есть исключения, в том числе для поставок по межправительственным соглашениям. Американское разрешение не заменяет российское основание для вывоза. Из проверенных публичных документов не видно, как именно будут оформлены объявленные немедленные партии.

Поэтому влияние на мировой рынок зависит от происхождения этих объёмов.

• Дополнительный выпуск и экспорт. Заводы производят больше доступного для продажи топлива. Это увеличивает предложение и при прочих равных давит на цену дизеля.

• Перенаправление прежних поставок. Топливо, которое уже покупали другие страны, отправляется новому покупателю. Меняются маршруты, скидки и региональные цены. Дополнительных тонн для мира почти не появляется.

• Поставки из накопленных запасов. Топливо появляется на рынке быстро, но поддерживать такой поток без восстановления выпуска сложнее.

Эти варианты могут сочетаться. В открытом заявлении их соотношение не раскрыто. Именно оно определяет, насколько устойчивым будет снижение цен.

Российская нефтянка может выиграть прежде всего на условиях продажи. У производителя есть цена на внешнем рынке, скидка за российское происхождение и расходы на доставку, страхование и расчёты. Расширение круга покупателей потенциально сокращает скидку. Более удобная цепочка поставки может уменьшить расходы. Насколько это получится, зависит от конкретной сделки и сохранившихся ограничений.

Условный пример для объяснения механики. Все цифры ниже придуманы, это не текущие котировки:

• До послабления: $800 за тонну минус $80 скидки и $70 расходов на поставку. Остаётся $650.

• После: $750 за тонну минус $30 скидки и $40 расходов. Остаётся $680.

Внешняя цена упала на $50, а скидка вместе с расходами сократилась на $80. Производитель получает на $30 больше с тонны. На 1 млн тонн это $30 млн дополнительных поступлений после этих вычетов, до стоимости сырья, переработки и налогов. Это расчёт чувствительности, а не прогноз прибыли конкретной компании.

Если мировая цена упадёт сильнее, чем сократятся скидка и расходы, результат будет обратным. Поэтому само разрешение торговать ещё не определяет величину выигрыша.

Распределение возможных выгод и потерь выглядит так. Это последствия описанных механизмов, а не уже зафиксированные финансовые результаты:

Получается, российский производитель и американский потребитель могут выиграть одновременно. Часть выгоды может прийти за счёт сокращения заработка посредников и конкурирующих переработчиков. Для этого даже не обязательно, чтобы весь объявленный объём был новым: улучшение условий продажи работает и на существующих поставках.

Для российского портфеля важна привязка к переработке и конкретным отгрузкам. Среди компаний, чей бизнес связан с выпуском дизеля, есть ЛУКОЙЛ, «Роснефть», «Газпром нефть» и «Татнефть» через ТАНЕКО.  

У компании с работающим заводом и доступным экспортным объёмом послабление может быстрее превратиться в выручку. У компании, чьи мощности ограничены, сначала нужно восстановить выпуск. Сам Трамп поставил крупнейшую дополнительную часть плана в зависимость от состояния НПЗ. Покупая акции на такой новости, инвестор фактически делает ставку ещё и на выполнение этого условия.

Для бюджета и рубля эффект тоже условный. Дополнительная экспортная выручка и прибыль могут увеличить налоговые поступления. Поддержка рубля возникает, если экспортёры получают дополнительную валюту и продают её на внутреннем рынке. При простой смене покупателя прирост валютной выручки определяется улучшением цены и расходов, а не всей стоимостью объявленной партии. Укрепление рубля, в свою очередь, уменьшает рублёвый эквивалент экспортной выручки при прочих равных.

Для российского потребителя рост экспорта может создать противоположный эффект. Если выпуск не увеличится, а за границу уйдёт больше топлива, внутреннему рынку останется меньше. Это риск для российских перевозчиков и сельхозпроизводителей. Если заводы восстановят выпуск и одновременно обеспечат оба рынка, такого конфликта может не возникнуть.

Здесь появляется ограничение самой сделки: американской стороне нужно снизить свою цену дизеля, российской стороне нужно сохранить устойчивые поставки внутри страны. Усиление внутреннего дефицита может привести к новым российским ограничениям и снова уменьшить доступный экспорт. Разрешение OFAC действует до апреля, но физический поток топлива может меняться значительно раньше.

Практическая проверка этой истории состоит из трёх наблюдений: какие партии действительно отгружены и на каком основании; увеличился ли общий российский экспорт или изменились покупатели; улучшился ли доход производителей с тонны после скидки и доставки.

Первую новую недельную оценку розничных цен EIA опубликует 14 октября. Но приписывать всё последующее снижение этой лицензии нельзя: к 5 октября дизель уже подешевел за неделю на $0,183 за галлон, до объявления сделки. Для оценки её эффекта нужны данные о поставках и сравнение с другими причинами движения цен.

Для инвестиционного решения главный неизвестный сейчас вполне конкретен: сколько доступного к экспорту дизеля есть у каждого производителя и сколько денег он сможет дополнительно оставить себе с этой тонны. Лицензия открывает возможность. Размер прибыли покажут отгрузки и условия продажи.

Факты и документы проверены по состоянию на вечер 9 октября 2026 года. Объёмы поставок приведены как заявление Трампа; экономические последствия описаны с условиями их реализации.