Инсайдерский портфель 💼

Нашел молодого Маска, который решил заняться инвестициями

Парень, которого уволили — и который увидел будущее

В 1956 году молодой математик по имени Джон Тьюки пришёл в Bell Labs и сказал коллегам, что главным изобретением следующего века станет не водородная бомба, не транзистор и не космическая ракета.

А компьютер.

Над ним посмеялись — и это были не случайные люди, а учёные из одного из самых передовых исследовательских центров мира.

Они сами создали транзистор и стояли у истоков теории информации — они считали, что понимают, где находится граница прогресса.

И, по их мнению, это было не оно.

Тьюки не ошибся.

Он просто опередил своё время

Этот паттерн повторяется снова и снова — стоит только начать его замечать.

В 1977 году Кен Олсен, основатель Digital Equipment Corporation и один из самых уважаемых технологов своего времени, заявил, что «нет никаких причин, по которым кому-то мог бы понадобиться компьютер дома».

Спустя три года Apple вышла на биржу с оценкой $1,8 млрд.

В 2007 году Стив Балмер посмотрел на первый iPhone и рассмеялся прямо на камеру: «Пятьсот долларов? С субсидией? С тарифом? Это самый дорогой телефон в мире, и он не подходит для бизнеса, потому что у него нет клавиатуры».

iPhone продался тиражом 6 млн устройств за первый год, тогда как телефон Балмера — Zune — продался всего в 2 млн экземпляров за всё время и был снят с производства через четыре года.

Люди, которые ошибаются в отношении прорывных технологий, обычно не выглядят глупо в моменте — их аргументы звучат вполне разумно.

А вот те, кто оказывается прав, часто звучат немного… безумно.

И это подводит нас к Леопольду Ашенбреннеру.

Ему 24 года. Он учился в Колумбийском университете: поступил в 15 лет, окончил в 19 как лучший студент курса, с двумя специальностями — экономика и математическая статистика, со средним баллом 4,18.

Его уволили из OpenAI за то, что он заявил: «здание горит».

После этого он написал 165 страниц с объяснением, почему именно, привлёк $225 млн и собрал одну из самых концентрированных и агрессивных ставок на публичных рынках прямо сейчас.

Парень, который «прочитал интернет» и пошёл в атаку

В апреле 2024 года OpenAI уволила Леопольда Ашенбреннера.

Официальная причина — утечка: компания заявила, что он передал конфиденциальные материалы, сам он говорил, что это был безобидный документ с идеями.

Но есть деталь, которую обычно упускают: за два месяца до увольнения он отправил совету директоров мемо.

В нём он писал, что безопасность OpenAI «крайне недостаточна» и что иностранные противники могут украсть веса модели — фактически «мозг» ИИ — и никто не заметит этого, пока не станет слишком поздно.

Ответ отдела кадров был такой: его опасения по поводу китайского шпионажа назвали «расистскими и неконструктивными». После этого его уволили.

Через две недели компанию покинул Илья Суцкевер, затем Ян Лейке — один из руководителей команды Superalignment — который публично заявил, что безопасность больше не является приоритетом.

В итоге всё подразделение Superalignment было расформировано.

Со стороны это выглядело не как обычное кадровое решение, а скорее как ситуация, в которой «дом уже горит».

Ашенбреннер ушёл, написал 165 страниц — и фактически вскрыл всю тему.

Эссе, которое неожиданно стало инвестиционной стратегией

В июне 2024 года он опубликовал серию бесплатных эссе под названием «Осведомлённость о ситуации: следующее десятилетие»

Текст разошёлся повсюду: исследователи ИИ его обсуждали, а в Кремниевой долине распечатывали и перечитывали с пометками.

Его основной тезис был до неприятного простым.

GPT-2 — это уровень дошкольника, GPT-3 — младшая школа, GPT-4 — умный старшеклассник.

Ещё один скачок такого же масштаба — и мы получаем AGI.

Он называл это «подсчётом порядков величин» (OOMs) — подход, который учитывает, как растут вычислительные мощности, как улучшаются алгоритмы и сколько даёт сам факт развёртывания ИИ в виде автономных агентов («снятие ограничений»).

Если всё это сложить, речь уже не о «более умном чат-боте».

Речь о системе, которая выполняет работу умного инженера — в тысячу раз быстрее и за копейки.

А дальше быстро следует сверхинтеллект, потому что первый AGI начинает проектировать свою собственную следующую версию.

Финальный акцент — его предупреждение: США входят в гонку за самой мощной технологией в истории, но при этом защищают разработки на уровне стартапа с чатом.

Это было не просто прогнозом — он под него занял позицию.

В сентябре 2024 года он запустил фонд Situational Awareness LP с $225 млн, а к декабрю 2025 года объём вырос до $5,3 млрд.

Это примерно 24-кратный рост за 15 месяцев — у команды из четырёх человек без опыта в инвестициях, работающей из офиса в Сан-Франциско, под руководством 23-летнего парня, который ещё два года назад писал код у себя в спальне.

И вот здесь начинается самое интересное.

Его ставка — не на привычные имена вроде Nvidia или Microsoft.

Все играют тему ИИ через очевидные имена.

Покупают NVIDIA, Microsoft и Google, получают свою доходность и наблюдают, как тема ИИ постепенно растёт.

Леопольд посмотрел на это и сказал: вы задаёте не тот вопрос.

Правильный вопрос — не «кто выиграет гонку ИИ», а «что абсолютно необходимо каждому победителю, чтобы продолжать работать?»

Его ответ — три вещи: электроэнергия, физическая вычислительная инфраструктура и сети, которые всё это соединяют.

Его крупнейшая позиция к четвёртому кварталу 2025 года — это не производитель чипов и не облачная платформа.

Это Bloom Energy — компания, занимающаяся топливными элементами.

Логика предельно «приземлённая»: подключение нового дата-центра к энергосети занимает 3–7 лет — из-за согласований, бюрократии и строительства инфраструктуры.

Технология Bloom Energy позволяет развернуть источник энергии прямо на месте дата-центра всего за 90 дней.

Если ИИ сейчас уходит в вертикальный рост, а энергосети не успевают — тот, кто может быстро дать электричество в любом месте, получает колоссальную ценовую власть.

Теперь к остальному портфелю.

Логика везде одна и та же.

Он держит CoreWeave (облачные вычисления на GPU) и Lumentum (оптические сети внутри дата-центров).

Также у него есть опционы на Intel — ставка на то, что новый техпроцесс компании сработает, — и EQT, крупнейший производитель природного газа в США.

Дальше — ещё более широкий слой инфраструктуры: Bloom Energy, Core Scientific, Iren, Applied Digital, SanDisk, Coherent, Cipher Mining, Tower Semiconductor и Solaris Energy Infrastructure — все они завязаны на одну и ту же историю: строительство инфраструктуры под ИИ.

И его единственная шорт-позиция к Q4 2025? Infosys — индийская компания по аутсорсингу IT, потому что он считает, что Claude Code и Cursor автоматизируют большую часть их работы.

Графики

Iren

Applied Digital

CoreWeave

SanDisk

Coherent

Intel

Solaris Energy Infrastructure

Lumentum

Bloom Energy

Core Scientific

Infosys

Мы рассмотрели основные графики из портфеля Леопольда. По сути, перед нами появляется новый молодой Илон Маск — человек, который сумел привлечь частный капитал, организовать семейный фонд и использовать свой опыт в сфере ИИ для формирования собственного инвестиционного портфеля.

Лично меня сильнее всего впечатлил график Intel, который я обозревал в течение 3 лет и наблюдал бесконечные заголовки о том, как AMD окончательно уничтожит синих. Но к 2028 году Intel планирует завершить строительство нового завода, после чего для компании может начаться совершенно новая глава. При этом мы видим прямую поддержку со стороны Америки — на строительство выделяются десятки миллиардов долларов. В предыдущих бюллетенях мы уже разбирали, почему на следующих этапах эволюции ИИ центральный процессор окажется важнее графического.

При этом среди всех компаний есть пара, которая пока не показала полноценного роста. Для себя поставил колокольчик на CoreWeave в районе $120. Также выставил колокольчик на Core Scientific на уровне $18.

Гениальность, удача или всё вместе?

Честный ответ — скорее всего, всё сразу.

Аргумент в пользу «гения»: он покупал Bloom Energy ещё до того, как сделка с дата-центром Oracle подтвердила его тезис.

Он заходил в CoreWeave до IPO и держал майнеров Bitcoin как инфраструктурную ставку на ИИ ещё до того, как эта идея вообще появилась в аналитических отчётах.

Это не хаотичный набор ставок, а последовательная стратегия человека, который видел изнутри, как строится AGI, и инвестировал так, как будто сам в это верит.

Аргумент в пользу «удачи»: фонд стартовал в сентябре 2024 года — идеально под крупнейший цикл инвестиций в инфраструктуру ИИ в истории.

Microsoft, Google, Amazon и Meta объявили суммарно более $300 млрд капитальных затрат на 2025 год — и это произошло в Q4 2024.

Любой, кто покупал инфраструктуру ИИ в конце 2024, заработал.

Вопрос, на который пока нет ответа — дали ли его конкретные идеи дополнительную альфу, или достаточно было просто владеть сектором.

Но есть момент, который отличает его от типичной истории хедж-фонда.

Он не привлёк $225 млн, играя осторожно.

Он нашёл небольшую группу людей, которые прочитали его 165-страничное эссе, поверили в него и решили: если вероятность того, что он прав, хотя бы 30% — значит, размер позиции должен быть намного больше, чем всё, что у них есть.

Большинство людей после увольнения пишут пост в LinkedIn и идут дальше.

Ашенбреннер написал 165 страниц, обозначил ставку и убедил одних из самых умных людей в индустрии вложить в это сотни миллионов.

Нравится тебе его теория или нет — это уже другой уровень.

Через пару лет станет понятно, был ли он новым Джоном Тьюки или просто очень уверенным человеком, который оказался не в том месте и не в то время.

 
 P.S. А пока американский рынок доступен не для всех, мы активно торгуем российский рынок на ежедневной основе. Присоединяйся к капустному сообществу Капуста в жире 🥬