"Дело в линии, которую провели наобум на карте" — почему вся Южная Америка говорит на испанском, а Бразилия — на португальском

Давайте разберём одну из самых интересных географических загадок о том, почему в Южной Америке почти все говорят по-испански, а гигантская Бразилия по-португальски?

В 1492 году, когда Христофор Колумб вернулся из своего первого плавания, испанцы, поддержавшие его экспедицию, были окрылены открытием новых земель на западе и с уверенностью думали о том, что «Всё наше!».

Португалия же, которая уже давно осваивала путь вдоль берегов Африки, увидела в этом угрозу своим интересам. Возникла реальная возможность войны между двумя католическими королевствами.

Чтобы не ссориться, они пошли к «третейскому судье», то есть к Папе Римскому. В 1494 году в городе Тордесильяс испанские и португальские дипломаты сели за стол и буквально прочертили линию на карте Атлантики и подписали договор, который на сотни лет определил судьбу Южной Америки. По этому соглашению через Атлантический океан проводилась условная линия, «папский меридиан», примерно в 1770 км к западу от островов Зелёного Мыса. Все земли к западу от этой черты отходили Испании, а к востоку — Португалии.

Вот тут и кроется главный курьёз. Они делили мир, которого ещё не знали! Никто толком не представлял даже форму Южной Америки. Как выяснилось позже, восточный выступ южноамериканского континента, будущая Бразилия, как раз попадал в португальскую зону влияния согласно этой линии. Это было похоже на лотерею, где приз увидели только через несколько лет.

Спустя шесть лет, в 1500 году, португальский капитан Педру Алвареш Кабрал плыл в Индию вокруг Африки. Корабли сбились с курса, и его экспедиция неожиданно наткнулась на неизвестный берег. Он объявил эту территорию владением португальской короны, назвав её «Землёй Истинного Креста». Так была открыта Бразилия, и она законно, по договору, отошла португальцам.

Но одно дело это провести линию на карте, а совсем другое физически освоить континент. Реальное разделение континента сложилось в ходе долгой и часто хаотичной колонизации. Здесь история пошла разными путями.

Испанцев как азартных искателей сокровищ, манили слухи о богатых империях инков и ацтеков в глубине материка. Они ринулись на запад, в Анды, по пути создавая вице-королевства и добывая серебро. Их колонии росли вглубь.

Португальцы же сначала увидели в Бразилии отличное место для нового бизнеса. Они создали плантации сахарного тростника вдоль всего побережья. А потом, уже в XVII-XVIII веках, отряды искателей приключений, золота и рабов начали двигаться на запад, в сердце джунглей. Они неофициально, но очень настойчиво расширяли границы Бразилии всё дальше от первоначальной линии, присоединяя огромные территории, на которые испанцы просто не успели заявить права.

Когда в XIX веке колонии стали независимыми государствами, карта уже устоялась. Бразилия отвоевала независимость как единая страна, сохранив португальский язык. Испанские же владения раскололись на множество разных стран (Аргентину, Чили, Перу и другие), но язык у них остался общим, испанским.

Если бы линию в Тордесильясе провели чуть иначе, или если бы Кабрал не отклонился от курса, всё могло сложиться по-другому. Но вышло как вышло и, благодаря старой договорённости и воле случая, мы теперь можем наслаждаться и зажигательной самбой на португальском, и страстным танго на испанском.