Какая сформировалась новая финансовая реальность после начала СВО?

Иностранные инвестиции в Россию обнулены (в первую очередь среди недружественных стран), а до СВО они занимали свыше половины в структуре ключевых инвесторов в Россию. 

Иностранные прямые инвестиции среди нейтральных стран занимали не более 3-3.3% в период с 2015 по 2021. Страны СНГ и Украина – это менее 1%, остальные 2% — это Китай, Гонконг, Турция, ОАЭ и Катар среди крупнейших инвесторов в Россию, но доля ничтожная.  

Около 54% из офшоров  поступило (Кипр, Бермуды, Люксембург, Багамы, Виргинские острова и другие), а свыше 80% офшорных потоков – это российские деньги, замкнутые на внешний контур для налоговой оптимизации и «контроля собственности» с предположением, что на Западе безопаснее. 

Соответственно, доля российских денег минимум 43-45%, но вероятно значительно больше. Точные данные не узнать, это дискуссия может быть вечная, по некоторым секторам доля российских денег может доходить до 70%.

По портфельным инвестициям недружественные страны занимают свыше 80%, по кредитным линиям плюс-минус половину (остальные – это российские деньги и Китай 5-7%). 

Интегрально по всем потокам капитала, недружественные страны во внешней инвестиционной позиции занимают ближе к 60%, российские деньги 35%, нейтральные страны максимум 4-5%.

Инновационный капитал (технологии и R&D, венчурные инвестиции, развитие человеческого капитала – специальные образовательные программы, обмен опытом и т.д) не менее 95%, скорее даже ближе к 100% из недружественных стран.

Рубануло мощно так. Тенденция такая, что внешний долг в иностранной валюте сокращается в соответствии с темпами погашений, через 3-4 года в подобной тенденции останется немногим больше 100 млрд.

Получается, что Россия активно гасит долг, а избыток валютной выручки распределяет в кэш, тем самым чистая инвестиционная позиция увеличивается, нов этом нет смысла. Увеличение чистой международной инвестиционной позиции имеет рациональную цель, если задача в контроле иностранной собственности и способности влиять на политику в других странах, плюс в получении доходов от внешних активов. 

Но Россия сейчас лишена способности безопасно и гарантированно получать внешние доходы (всегда могут заблокировать активы или выплаты процентов/дивидендов), а российский капитал ни одна крупная страна не подпустит в чувствительные отрасли и значимый бизнес. 

Хорошо ли все это или плохо? С точки зрения зависимости от Запада? Отвязка идет стремительно. Происходит исторический разрыв трансграничных связей, обрыв финансовых коммуникаций и изоляция от недружественных стран. 

С точки зрения потенциала развития? Плохо, т.к. нет ни одного удачного примера успешного развития в условиях изоляции. Ведь даже индустриализация 30-40х годов в СССР происходила при использовании капиталов и технологий из США и Великобритании. 

В российских реалиях — это расширять зону присутствия Китая, увеличивая интеграцию и меру проникновения китайского капитала, технологий и финансов. Не сказать, что этот путь, о котором Россия мечтала, потому что Китай жесткий переговорщик и обычно «до дна» выжимает зону своей протекции, но выбора особого нет.

В любом случае, у России наибольший в современной истории импульс для самостоятельного развития, т.к это уже вопрос выживания.

t.me/spydell_finance