Минимальная зарплата в 25 тысяч рублей — хорошая идея

Как высокая минимальная зарплата поможет России стать развитой страной? И почему предвыборное обещание Алексея Навального вовсе не глупость? Мнение высказывает финансовый аналитик Алексей Гаскаров

Что с Россией не так?

Россия — на первых местах мирового рейтинга по уровню социального неравенства.

Есть разные способы победить неравенство: например, ввести прогрессивный налог или поднять пособие по безработице. Но как только кто-то предлагает решения этой проблемы, его сразу называют популистом.  

Та же участь постигла Алексея Навального: в своей предвыборной программе он предложил установить минимальную заработную плату в 25 тысяч рублей.

Популизм ли это?

Давайте посмотрим, как изменится структура ВВП России, если эта мера будет реализована при текущих макроэкономических параметрах. И давайте сравним российский ВВП со странами «Большой двадцатки».

ВВП — это рыночная стоимость всех проданных товаров и оказанных услуг на территории страны в течение года. Расходы всегда являются чьими-то доходами, поэтому и ВВП можно посчитать не только через потребление, инвестиции, госрасходы и чистый экспорт, но и через доходы.

Есть три типа доходов:

1. Оплата труда наемных работников, включая расходы на социальное страхование и пенсионное обеспечение.

2. Чистые налоги на производство и импорт — по сути, это рента с добычи полезных ископаемых и их последующего импорта за границу.

3. Предпринимательские доходы — прибыль фирм, проценты за пользование капиталом, доходы индивидуальных предпринимателей.

Из таблицы видно, что доходы предпринимателей почти равны доходам всех наемных работников.

Косвенные налоги (налог на прибыль, НДС) не учитываются в ВВП, чтобы избежать двойного счета, так как их базой выступают те же прибыли и заработная плата.

А вот так в среднем выглядит распределение доходов по странам «Большой двадцатки»:

Доля трудовых доходов в России на 6–7% ниже, чем в среднем по странам «Большой двадцатки». Причина этой разницы — слабость демократии и гражданских институтов в России. Результаты выборов не зависят от мнения населения, профсоюзы слабы, а социальные протесты малочисленны. Значит, нет смысла перераспределять доходы в пользу наемных работников.

Сколько мы потратим?

В России трудоустроено 72 323 000 человек. Из этой цифры необходимо вычесть предпринимателей, которых, по данным ЕГРИП, около 3,5 миллиона человек, а также тех, кто работал неполный рабочий день — без субъектов малого бизнеса таких было, по данным Росстата, около 1 миллиона человек. Таким образом, верхняя граница числа наемных работников, занятых полный день, — 67 820 000 человек. Из них 50,3 процента получают зарплату меньше 25 000 рублей.

При этом зарплату от 5000 до 5800 рублей получает 1,4 процента занятых, зарплату  17 000 до 25 000 — 20,9 процентов. Еще 50 процентов трудоустроенных получают среднюю заработную плату 15 329 рублей.

Соответственно, от введения обязательной минимальной заработной платы больше всех выигрывают самые бедные. В среднем каждый наемный рабочий, получающий меньше 25 тысяч, должен получить 9671 рубль (25 000 — 15 329).

Таким образом, всего в экономике за год необходимо перераспределить: 9671 (средняя прибавка) * 67 820 000 (количество наемных работников) * 50,3 процентов (доля, получающих меньше 25 000) * 12 (месяцев) = 3,96 триллиона рублей.

Прибавим страховые взносы и расходы на пенсионное обеспечение, которые в сумме составляют 30,2%. Общая сумма составит 5,15 триллиона рублей (3,96 * 1,302).

Размер российского ВВП в 2015 году — 83,23 триллиона рублей. Если произвести перераспределение в сумме 5,15 триллиона рублей между прибылью и зарплатами, получим следующее соотношение:

В получившейся структуре доля трудовых доходов незначительно превышает средний аналогичный показатель стран «Большой двадцатки».

Очевидно, из-за введения минимальной заработной платы многие потеряют работу. Прежде всего те, кто лопатой роет яму там, где должен работать экскаватор. Эти рабочие места сейчас сохраняются лишь потому, что людям можно почти ничего не платить.

Работодатели в свою очередь будут стремиться сохранить прибыли, увеличивая цены на готовую продукцию. В совокупности эти эффекты сформируют структуру экономики, характерную для развитых стран.

Чем мы рискуем?

Многие опасаются инфляции. Давайте оценим риски. Для введения 25 000 МРОТ, согласно обозначенной выше структуре, необходимо увеличить расходы на заработную плату на 13,7%. Доля расходов на зарплату в экономике составляет 45 процентов. Соответственно, чтобы покрыть возросшие расходы, цену готовой продукции необходимо увеличить на 13,7% * 45% = 6,165%. Это и будет верхняя граница возможной инфляции.

Однако в реальности увеличение цены уменьшает объем потребления и заставляет цену ползти вниз. Кроме того, безработица и инфляция обратно пропорциональны друг другу, то есть чем выше уровень безработицы, тем ниже инфляция.

Таким образом, дополнительная инфляция составит 2-3 процента и распространится она по большей части на все общество. То есть те, кто зарабатывает много, потеряют вот эти проценты. Доходы же беднейших рабочих увеличатся в разы.

Конечно, столь резкое повышение планки зарплаты — весьма радикальная мера, учитывая, что сейчас МРОТ даже ниже прожиточного минимума и к нему привязано множество социальных выплат, которые также автоматически увеличатся. Но само направление реформ безусловно правильное и соответствует успешным примерам в мировой практике.

Введение МРОТ в Германии не привело ни к инфляции, ни к безработице. А в США увеличение МРОТ увеличило зарплаты низкооплачиваемых работников, сохранив занятость