Обычно в агентстве недвижимости риелтор работает за процент. Сделку проводит он, а половину комиссии, иногда и больше, забирает агентство: за офис, клиентов и имя. У нас риелтор оставляет себе 100 процентов комиссии, и первым делом меня обычно спрашивают, на чём тогда зарабатываю я.

Статья написана на основе интервью с Юрием Паршиковым, основателем союза риелторов «Полезные люди».
Меня зовут Юрий Паршиков, в недвижимости я почти 20 лет. В 2015 году, имея 37 000 рублей в кармане, открыл агентство в Ижевске, сейчас у нас в городе около 360 риелторов, а сеть работает примерно в 60 городах. Расскажу, как устроена модель, на чём она держится и почему за 10 лет у компании не было ни одного убыточного месяца.
Своё агентство я задумал из злости. Лет 10–15 назад у меня был клиент, заместитель прокурора, он пришёл по рекомендации адвоката. Сделку я провёл, а он говорит: «Я считаю, 30 тысяч ты не заработал, десяти хватит». Я ответил: «Оставь себе», развернулся и ушёл. Меня тогда сильно задело, что к риелторам относятся как к хапугам, хотя от нас реально зависит, фактически судьба человека.
Уходил я с должности руководителя отдела продаж в чужом агентстве, и часть команды пошла за мной. На старте у меня было 37 тысяч рублей: 30 тысяч ушло на аренду офиса за первый месяц, а 7 тысяч я потратил на билборды и баннеры. Оля — моя супруга, поддержала меня и представляла себе маленькое семейное агентство человек на 20–30. Пару лет назад мы ехали в машине, и она вдруг расплакалась: призналась, что вообще не думала, что из этого вырастет большой бизнес.
Название мы придумали ещё в 2013 году, и потом три года надо мной смеялись. Директора ижевских агентств, иногда прямо со сцены, говорили, что риелтор не может быть полезным человеком. Агентства тогда называли «золотыми ключиками» и «золотыми куполами», так что мне приходилось доказывать, и в какой-то момент это превратилось в своеобразную борьбу. Сейчас наши риелторы сами клеят логотип компании на машины. Но расти компанию заставило другое: то, как мы распределяем деньги с риелторами.
В классическом агентстве директор ищет клиентов, отдаёт их риелтору и забирает себе часть комиссии. Я построил всё наоборот: квартиры у нас продают сами риелторы, а агентство продаёт сервис риелторам. Клиентов риелтор находит сам, комиссию забирает целиком, а у нас покупает то, что ему нужно для работы.
Человек платит абонемент за рабочее место и дальше сам решает, какие услуги ему нужны. Если не хватает юридической компетенции, берёт сопровождение юриста, если клиенту нужна ипотека, идёт к нашему брокеру. Ещё есть страхование, оценка, проверка объекта и собственника, обучение и электронные сервисы. Мы разобрали всё, что обычно спрятано внутри агентства, назначили каждой услуге цену и продаём по отдельности. Полный список сервисов я раскрывать не буду.

Для новичков у нас есть второй вход, мы называем его отделом обучения. Там человек работает по более привычной схеме: 45% комиссии получает сам агент, 30% наставник, который учит его, ездит на переговоры и разруливает сделки, и 25% остаётся агентству. Задача отдела в том, чтобы дорастить новичка до момента, когда он сам захочет работать как предприниматель и перейдёт в коворкинг на 100% комиссии.
Я часто сравниваю это с такси. Водителю нужны заказы, нормальная машина и чтобы кто-то решал вопросы со страховкой и документами. Риелтору точно так же нужны юрист под рукой, ипотека, витрина для объектов и офис, куда не стыдно привести клиента, и за каждую из этих вещей он готов платить отдельно, если понимает, за что платит.
У такой схемы есть ещё один плюс, который стал заметен только сейчас. Налоговая получает данные о сделках от площадок и банков и сверяет их с отчётностью агентств. Недавно я выкладывал запись звонка в инспекцию, ролик за сутки набрал около 150 тысяч просмотров. Инспектор там объясняет, что если по документам в агентстве один человек, а сделки проводят двадцать, будут доначисления с санкциями. Во многих агентствах риелторы фактически работают как сотрудники: выполняют планы, подчиняются руководителю, сидят по графику, а оформлены как самозанятые или ИП. Налоговая может признать это скрытыми трудовыми отношениями, и тогда собственнику придётся доплатить налоги, взносы и штрафы. У нас риелтор сам ищет клиентов, сам назначает цену и сам выбирает сервисы, поэтому нас эта история касается гораздо меньше. Остаётся вопрос, на чём при такой схеме зарабатывает само агентство.
У обычного агентства расходы постоянные: аренда офиса, зарплаты администраторов, реклама. Доход же появляется только тогда, когда риелторы закрывают сделки, и если сделок нет, агентство уходит в минус.
У нас постоянные расходы такие же, но их оплачивают сами риелторы через абонементы. Каждый, кто работает в коворкинге, платит за место каждый месяц, и этих денег хватает на аренду, администраторов и остальные постоянные траты. Поэтому даже в месяц, когда не будет ни одной сделки, мы в худшем случае отработаем в ноль. За 10 лет убыточных месяцев у нас не было.
Зарабатываем мы на том, что риелторы докупают сверху: юристов, ипотечного брокера, страхование, оценку, обучение. По нашим расчётам, на это уходит около 30% дохода риелтора, хотя кто-то берёт юриста на каждую сделку, а кто-то справляется сам. Маржинальность у нас доходит до 37–38%, у обычного агентства, по моим оценкам, 12–15%.
Как это работает, хорошо видно на нынешнем рынке. После того как закончилась льготная ипотека, продажи новостроек просели, спрос перетёк на вторичку, и тяжелее сейчас тем, кто работал только с новостройками. Но рынок не мёртвый, даже достаточно активный: вторичка как жила, так и живёт, а сейчас ещё и оживилась. Для риелторов, которые умеют вести сделку целиком, сейчас золотое время, они руки потирают. Мы сейчас на коне, а абонементы ещё и дают спокойствие: какой бы ни был месяц, постоянные расходы закрыты.
Потолок дохода каждый риелтор определяет для себя сам. В Ижевске однушка на вторичке стоит около 4 млн, двушка около 6 млн, а средняя комиссия 100–150 тысяч рублей. В среднем по компании риелтор делает 1–1,5 сделки в месяц, стабильно работающий делает около двух, а сильные 4–5, так что 400–500 тысяч в месяц вполне реальная планка. Но у нас есть и те, кто зарабатывает 30 тысяч, и их это устраивает. Комиссию у нас тоже никто не нормирует: кто я такой, чтобы решать, во сколько человек оценивает свою работу.
Что модель даёт самому риелтору, проще показать на условном примере со средними ижевскими цифрами: две сделки в месяц по 120 тысяч комиссии.

Разница получается больше 40 тысяч в месяц. Но сравнивать только проценты не совсем честно: в классическом агентстве часть клиентов риелтору даёт компания, а у нас он ищет их сам и сам платит за размещение объявлений.
Например, в Ижевске у нас работает риелтор Олег Бывалов. До недвижимости он почти 20 лет занимался торговлей, в 2017 году закрыл свой бизнес и какое-то время таксовал. В риелторы пошёл в 2018-м, два года проработал в классическом агентстве на проценте и ушёл, когда пару раз отдал агентству большую часть комиссии с собственной сделки. У нас он работает уже 6,5 года и за это время провёл 456 сделок. Сам Олег говорит, что на полной комиссии у него появился выбор: зарабатывать больше за то же время или столько же, но работать меньше. При этом он честно признаётся, что многозадачность выматывает и выгорание в профессии никуда не девается.
А вот Вова Резников, тоже наш риелтор из Ижевска, в 24 года провёл 256 сделок за год, почти по сделке в день. Один бы он столько не сделал, вокруг него работает команда помощников, по сути маленькое агентство внутри нашего. Таких людей единицы, у большинства одна-две сделки в месяц. И чтобы сделки вообще были, нужен постоянный поток клиентов, поэтому много сил компания тратит именно на это.
Рекламу мы почти не покупаем: основной поток клиентов к нам приходит с Авито Недвижимости. Главная проблема частного риелтора в том, что он один против всего рынка: у него пять-десять объектов, и клиенту трудно поверить, что этот человек вообще что-то может. При этом покупатель сегодня сначала неделями сам смотрит квартиры в интернете и только потом решает, кому звонить. В регионах он смотрит их на Авито, другой площадки для поиска жилья у людей в голове просто нет. Получается, первое касание с нами у клиента происходит ещё до того, как он обратился к риелтору.
Поэтому мы собрали объекты всех наших риелторов в один кабинет-магазин на Авито. Модерируем объявления, приводим их к одному стандарту и выгружаем от имени компании, но у каждого объявления стоит личный номер риелтора, который ведёт объект. Клиент листает и видит, что у одной компании сотни объектов, поэтому, когда доходит до покупки, часто звонит уже нам. Объявление обычно висит месяц–полтора, потом квартира продаётся.
За размещение риелторы платят сами, поэтому берут в работу только ликвидные объекты. Никто не тащит в базу неликвид, который придётся месяцами продвигать, или пустышки, выставленные только ради звонков. На витрине остаются настоящие квартиры, которые реально продаются, так что у нас получилась хорошая база уникальных объектов, а клиенту удобно собирать подборку в одном месте.
От повышения цен на размещение мы особенно не страдаем. Если посчитать, раньше многие риелторы делали сделку в квартал, а сейчас сильные делают 4–5 в месяц, и за счёт чего, часто забывают. Плюс объявления мы берём пакетом, поэтому одно выходит дешевле.
Ещё один канал даёт личный бренд самих риелторов. Каждый наш риелтор продвигает себя сам и при этом говорит клиентам, что работает в нашем сообществе, так что вместе со своим именем продвигает и компанию. Но витрина и бренд приводят клиента только до звонка, дальше всё решает человек, который умеет довести сделку до конца, и таких людей мы во многом выращиваем сами.
У нас есть лицензия на образовательную деятельность, и за эти годы обучение у нас прошли больше 7000 человек. Приходят и совсем новички, в том числе через центр занятости. Мы учим их по профессиональному стандарту, а потом они выходят работать.
Кроме техники сделки мы стараемся передать отношение к людям, потому что риелтор реально влияет на судьбу человека. Однажды у меня был клиент, который сильно пил. Квартиру ему нужно было разменять, и самым простым вариантом было отселить его в дальний район, он даже соглашался. Я нашёл ему квартиру в районе получше. Через год он подошёл ко мне на площади в льняном костюме и шляпе, как в советском кино, и рассказал, что вышел как-то покурить, познакомился с соседом, тот устроил его слесарем на автозавод, потом он нашёл себе женщину, и они купили двушку с огородом. Сказал: «Юрий, я забыл вам сказать спасибо». Тогда я впервые всерьёз подумал, насколько от риелтора зависит чужая жизнь.
И мне очень хочется, чтобы риелторы сами начали уважать свою профессию. Когда дочь ходила в садик, в группе была ещё одна мама-риелтор. Дети как-то обсуждали, кем работают родители, и та мама про себя сказала «агент по недвижимости», а моя дочь сказала: «Папа у меня риелтор». Мама стеснялась своей профессии, а если стесняешься того, чем занимаешься, и работать будешь плохо. Офис для меня тоже часть этого отношения: если кто-то пролил кофе или клиент зимой натоптал снегом, я сам беру ведро и мою пол, потому что это мой дом и дом наших клиентов. Людям я вообще очень доверяю, и заканчивается это не всегда хорошо.
Все мои факапы в бизнесе связаны с предательством. Я очаровываюсь людьми, а потом они меня разочаровывают, чаще всего это партнёры, и такая история может выбить меня из колеи на несколько месяцев. Последние полтора года мы прожили как раз в такой ситуации: часть партнёров пыталась развалить компанию изнутри. Переживал я это очень тяжело, но в итоге мы пересобрали команду, оставили тех, кто разделяет наши ценности, и пошли дальше.
С тех пор у меня простое правило: ошибиться может каждый, но только один раз. Из таких состояний меня обычно вытаскивает Оля, она вовремя поправляет мне корону и увозит куда-нибудь отдыхать. После пересборки сеть снова растёт: по данным Сбера, число наших сделок через его ипотечный сервис с января по сентябрь этого года выросло примерно вдвое.
И всё же, если кто-то сейчас думает открыть своё агентство недвижимости, я бы отговаривал, и дело тут не в конкуренции. Требования меняются чуть ли не раз в полгода, легальную модель с нуля построить почти невозможно, а без финансовой подушки директор будет одновременно тащить и сделки, и операционку. Если уж открываться, то скорее IT-сервисом для риелторов, но и там агрегаторы уже забрали на себя большую часть инфраструктуры, а быть конкурентом агрегатора — это такое себе, надо денег дофига иметь. А вот стать риелтором, если умеешь продавать, вполне нормальный вариант.
Уже два года я раз в неделю беру интервью у предпринимателей про реальный бизнес, а не этот ваш успешный успех.
Может показаться, что «Упал, поднялся» — это весёлые истории о том, как пожарить косточки, насушить листья, склеить картон, чтобы заработать миллионы на маркетплейсах. Но на самом деле в блоге уже больше 150 статей из разных ниш с подробными выкладками по цифрам.
Подписывайтесь на Упал, поднялся:
в хорошей локации и по адекватной цене это не проблема👍
В прошлом году продавал 2 квартиры, пришлось принять более 50 звонков от так называемых «специалистов».
Ахахахахахаааа