Как я готовлюсь к покупкам на просадках — и когда этого делать не надо

Почти каждый инвестор заранее уверен, что именно он будет спокойно покупать во время следующего серьезного падения.

Пока рынок растет, все кажется очевидным: хорошие активы подешевеют, в приложении появится красный цвет, остальные участники начнут паниковать, а я открою заранее приготовленный резерв и куплю по выгодным ценам.

В воображении это выглядит почти как поход в магазин на распродажу.

В реальности падение рынка редко приходит в одиночку. Вместе с ним появляются тревожные новости, плохие прогнозы, геополитические риски и объяснения, почему «в этот раз все действительно иначе».

Актив, который еще недавно хотелось купить на 20% дешевле, после падения на эти самые 20% внезапно кажется подозрительным. Возникает желание подождать еще немного. Затем еще немного. А когда рынок восстанавливается, покупать снова становится психологически комфортно — но уже значительно дороже.

Со временем я понял: способность покупать на просадке формируется не в момент падения. К нему нужно подготовиться заранее — финансово, психологически и организационно.

И еще важнее заранее определить ситуации, в которых покупать не следует вообще.

Главное правило: финансовую подушку я не инвестирую

У меня есть правило, которое не меняется ни при каких котировках:

Деньги из финансовой подушки никогда не идут на покупку активов.

Даже если рынок упал очень сильно.

Даже если цены выглядят исключительно привлекательными.

Даже если кажется, что такой возможности больше не будет.

Финансовая подушка предназначена не для получения доходности. Она должна помочь пережить потерю работы, проблемы со здоровьем, срочные семейные расходы или другое событие, которое невозможно было нормально запланировать.

Именно во время серьезных кризисов особенно легко убедить себя, что часть подушки можно временно отправить на биржу. Но падение рынка вполне может совпасть с ухудшением ситуации в экономике, снижением доходов или риском увольнения.

Получается опасная комбинация: активы дешевеют именно в тот момент, когда вероятность того, что деньги понадобятся, возрастает.

Если вложить подушку в рынок, она перестает выполнять свою основную функцию. Это уже не резерв безопасности, а еще одна инвестиционная позиция.

Поэтому для меня такое использование денег — табу.

Но отдельный резерв для покупок у меня есть

Помимо финансовой подушки, у меня есть другая сумма — часть инвестиционного капитала, которую я заранее держу для будущих покупок.

Чтобы не путать два принципиально разных назначения денег, дальше я буду называть ее закупочным резервом.

Разница простая:

• финансовая подушка защищает мою обычную жизнь;
• закупочный резерв ждет подходящего момента внутри инвестиционной стратегии.

Если закупочный резерв будет полностью использован, мой бытовой уровень безопасности от этого не изменится. Мне не придется продавать акции ради оплаты жилья, лечения или других обязательных расходов.

Это позволяет покупать намного спокойнее.

Я не чувствую, что рискую последними деньгами. Не пытаюсь сохранить каждый рубль на случай бытовой проблемы. Не смешиваю рыночное решение с тревогой за собственную финансовую устойчивость.

Где лежит закупочный резерв

Закупочный резерв я предпочитаю держать в фонде денежного рынка, который обычно называют фондом ликвидности.

Мне психологически некомфортно держать значительную сумму обычным кэшем и видеть, как она постепенно обесценивается. В фонде ликвидности деньги продолжают приносить доход, близкий к текущим ставкам денежного рынка, но при этом остаются доступными для последующей покупки активов.

Я не воспринимаю это как способ заработать дополнительную доходность. Основная задача такого фонда — временно припарковать деньги, пока они ожидают своего места в портфеле.

Он не гарантирует сохранение реальной стоимости капитала и не обязан всегда обгонять инфляцию. У фонда также есть собственные расходы, возможный спред и рыночные особенности.

Но для моей задачи это значительно удобнее, чем просто неработающий остаток на брокерском счете.

У многих брокеров есть собственный или продвигаемый фонд ликвидности, по которому на отдельных тарифах может не взиматься отдельная брокерская комиссия. Однако это не универсальное правило: я всегда отдельно проверяю тариф, расходы конкретного фонда и условия продажи.

Для закупочного резерва я не использую облигации.

Не потому, что считаю облигации плохим инструментом. Просто в этой конкретной роли мне важнее предсказуемое поведение резерва и минимальное количество дополнительных решений.

При выборе облигаций пришлось бы учитывать срок до погашения, кредитный риск, дюрацию, изменение цены и возможность продать бумагу именно тогда, когда деньги понадобятся для покупки акций.

Фонд ликвидности для меня проще: сегодня деньги припаркованы, а когда принято решение о покупке — резерв можно расчехлять.

Почему для этой задачи я предпочитаю фонд денежного рынка облигациям — хорошая тема для отдельного материала. Здесь подробно останавливаться на ней не буду.

Я не пытаюсь угадать единственную правильную точку

Обычно покупки я совершаю в рамках заранее определенной стратегии.

Если рынок снизился, это не означает, что нужно немедленно отправить туда весь закупочный резерв.

Я предпочитаю покупать частями. Это снижает зависимость результата от одной конкретной точки входа и помогает не превращать каждое решение в попытку угадать локальное дно.

Обычный порядок для меня такой:

1. Проверить, сохранилась ли инвестиционная логика.
2. Определить сумму, которую я готов направить на рынок сейчас.
3. Распределить ее между активами согласно стратегии.
4. Оставить часть резерва на случай дальнейшего снижения.
5. После покупки не пытаться немедленно оценивать решение по движению цены следующего дня.

Я заранее допускаю, что после моей покупки рынок продолжит падать.

Если я психологически не готов увидеть еще минус 10–20% после сделки, значит, вероятно, размер покупки слишком велик.

Иногда я отступаю от целевых долей

Базовое правило — покупать согласно стратегии и постепенно возвращать портфель к установленным пропорциям.

Но это не абсолютно механическая система.

Если цена конкретного актива кажется мне особенно привлекательной, я могу ускорить его покупку относительно остальных позиций. Иногда допускаю даже временное превышение целевой доли.

Я воспринимаю это не как отказ от стратегии, а как изменение очередности закупок.

Например, вместо того чтобы в текущем месяце равномерно купить несколько активов, я могу направить большую часть пополнения в один из них. Будущие пополнения при этом пойдут в остальные позиции и постепенно восстановят баланс.

Но здесь есть опасная граница.

Фраза «цена слишком вкусная» сама по себе ничего не доказывает. Актив может выглядеть дешевым по сравнению со своей прошлой стоимостью и при этом объективно становиться более рискованным.

Поэтому перед форсированной покупкой я стараюсь ответить на два вопроса:

Цена снизилась быстрее, чем ухудшилось положение актива?

Или цена просто отражает новую реальность, которую я пока не хочу принимать?

Если убедительного ответа нет, превышать целевую долю я не буду.

Я стараюсь отделять заголовки от реальных проблем

Во время просадок информационный фон почти всегда выглядит страшнее, чем в спокойный период.

Причина понятна: заголовок «Рынок снизился на фоне неопределенности» никто не запомнит. Гораздо лучше распространяются прогнозы обвала, краха, дефолта, гиперинфляции или полного изменения экономического порядка.

Полностью игнорировать новости я не считаю правильным. Иногда за громким заголовком действительно стоит событие, которое меняет инвестиционную картину.

Но я стараюсь разделять:

• эмоциональную подачу;
• подтвержденные факты;
• возможные последствия;
• уже случившиеся последствия;
• предположения автора;
• мою собственную инвестиционную гипотезу.

В последнее время для такого разбора я часто использую ИИ.

Я не задаю ему вопрос: «Покупать ли мне сейчас эту акцию?»

Вместо этого прошу:

• перечислить возможные экономические последствия события;
• отделить факты от предположений;
• показать оптимистичный, базовый и негативный сценарии;
• назвать данные, которые подтвердят или опровергнут каждый сценарий;
• найти слабые места в моем собственном рассуждении;
• объяснить, какие факторы я мог не учесть.

ИИ здесь не оракул. Он способен ошибаться, придумывать факты и уверенно поддерживать неверную предпосылку.

Поэтому его роль для меня — не принять решение, а помочь сформулировать правильные вопросы. Ключевые цифры и исходные факты я стараюсь проверять отдельно.

Мой ориентир по российскому рынку

Поскольку основная часть моего портфеля связана с российским рынком, я смотрю на индекс Московской биржи как на один из общих индикаторов настроения и уровня цен.

На 2026 год для себя я использую следующую грубую шкалу:

• диапазон 2000–2300 пунктов рассматриваю как зону умеренных покупок;
• падение ниже 2000 пунктов — повод задуматься о более активном использовании закупочного резерва.

Это не расчет справедливой стоимости и не утверждение, что индекс обязательно развернется именно там.

Абсолютный уровень индекса ничего не гарантирует. За тем же числом могут стоять разные прибыли компаний, процентные ставки, налоговые условия, геополитические риски и состав рынка.

Мне этот диапазон нужен прежде всего как дисциплинирующий ориентир.

Когда вокруг много шума, заранее заданный уровень помогает не принимать каждое решение заново под воздействием новостей. Но если фундаментальные условия существенно изменятся, ориентиры также придется пересмотреть.

Я не собираюсь покупать рынок только потому, что индекс пересек красивую круглую отметку.

Золото помогает мне не паниковать

В моем портфеле есть золото.

Оно не платит дивиденды или купоны и само по себе не генерирует денежный поток. Его цена также может снижаться, поэтому я не воспринимаю золото как гарантированную страховку от любых проблем.

Но в моем случае оно выполняет две важные функции.

Первая — диверсификация рисков, связанных с российским рынком, рублем и геополитикой.

Вторая — психологическая устойчивость.

Когда акции сильно снижаются, наличие заметной защитной части портфеля помогает мне не воспринимать ситуацию как катастрофу для всего капитала. Я чувствую, что не поставил весь результат на один рынок и один сценарий.

С учетом текущей геополитики я увеличил целевую долю золота до 15%. Сейчас его фактическая доля даже немного превышает цель.

При более спокойной и нормализованной ситуации я считал бы разумной для себя долю около 6–7%.

Это исключительно моя конструкция портфеля. Другому инвестору 15% могут показаться как слишком большой, так и слишком маленькой долей.

Для меня золото ценно не только потенциальной защитой покупательной способности, но и тем, что помогает выполнять план в период турбулентности.

Если какой-либо актив позволяет инвестору не продать все остальное в панике, его роль нельзя полностью описать только средней доходностью.

Котировки я смотрю где угодно, только не у брокера

Брокерское приложение — не лучшее место для спокойного принятия решений.

Красные цифры, общий убыток, изменение портфеля за день и постоянная возможность немедленно нажать кнопку создают сильное эмоциональное давление.

Я заметил, что намного рациональнее оцениваю актив, когда смотрю на него вне контекста собственного результата.

Поэтому котировки, отчетность и рыночные данные я стараюсь изучать в отдельных источниках. Там я вижу цену как информацию, а не как личную потерю.

В брокерское приложение захожу уже после того, как решил:

• какой актив покупаю;
• почему покупаю;
• на какую сумму;
• какое количество;
• при каких условиях откажусь от заявки.

То есть брокер для меня — место исполнения решения, а не место его принятия.

Это простое разделение заметно уменьшает вероятность импульсивной сделки.

Когда я предпочитаю ничего не покупать

Главная ошибка — превратить правило «покупай на падении» в обязанность покупать любое снижение.

Иногда пауза является более рациональным решением.

Я не спешу с покупками, если:

Затронута финансовая подушка

Если для сделки нужно использовать деньги на жизнь, покупка автоматически отменяется.

Я не понимаю происходящее

Иногда ситуация развивается быстрее, чем появляются достоверные данные.

Если невозможно хотя бы примерно оценить последствия, я предпочитаю подождать. Пропущенные несколько процентов роста для меня менее опасны, чем крупное решение в условиях, которые я вообще не понимаю.

Мы здесь все-таки не в казино играем.

Речь идет не о заголовке, а о реальном изменении условий

Резкое ускорение инфляции, серьезная геополитическая эскалация, изменение налогов, санкционных условий, структуры бизнеса или доступа к капиталу могут объективно менять стоимость актива.

В такой момент аргумент «раньше акция стоила дороже» не имеет значения.

Разрушена исходная инвестиционная гипотеза

Если компания теряет ключевой рынок, резко наращивает долг, меняет структуру бизнеса или сталкивается с долгосрочной проблемой, усреднение может только увеличить размер первоначальной ошибки.

Позиция уже слишком велика

Даже привлекательная цена не отменяет риск концентрации.

Временное превышение цели я допускаю, но оно должно оставаться управляемым и исправимым будущими пополнениями.

Единственная причина покупки — красный цвет

Падение цены само по себе не делает актив выгодным.

Перед покупкой я должен суметь сформулировать причину без использования фразы «он уже сильно подешевел».

Мой короткий список вопросов перед сделкой

Перед заметной покупкой на падающем рынке я стараюсь ответить себе:

1. Это точно инвестиционный капитал, а не финансовая подушка или деньги на ближайшие расходы?
2. Понимаю ли я, почему актив подешевел?
3. Изменилась ли моя инвестиционная гипотеза?
4. Не пытаюсь ли я спорить с реальностью только потому, что уже владею этой позицией?
5. Останется ли размер актива приемлемым после покупки?
6. Смогу ли я спокойно выдержать еще одно существенное снижение?
7. Останется ли часть закупочного резерва после сделки?
8. Купил бы я этот актив сегодня, если бы раньше никогда им не владел?
9. Есть ли причина действовать прямо сейчас, а не подождать появления дополнительных данных?

Если ответы вызывают сомнения, я уменьшаю объем покупки или ничего не делаю.

К падению нужно готовиться до падения

Покупка на просадке — это не проявление особой смелости.

Для меня это результат заранее построенной системы:

• финансовая подушка не участвует в инвестициях;
• внутри инвестиционного капитала есть отдельный закупочный резерв;
• резерв не лежит мертвым кэшем;
• покупки совершаются частями;
• целевые доли ограничивают увлечение одним активом;
• новости отделяются от фактов;
• решение принимается вне брокерского приложения;
• право ничего не делать сохраняется всегда.

Самое сложное во время падения — не нажать кнопку «Купить».

Сложнее не перепутать дисциплину с азартом, привлекательную цену — с разрушающейся гипотезой, а инвестиционный резерв — с деньгами, от которых зависит обычная жизнь.

Интересно, как это устроено у других участников Smart-Lab:

Держите ли вы отдельный резерв именно для покупок на просадках? И какое событие заставит вас не покупать даже при очень привлекательных ценах?

Не ИИР.