Китай в 2026: от EV до ИИ и энергетики

Китайский фондовый рынок в 2025 году выглядел стабильным и к концу года оценивался в более чем $57 трлн. Несмотря на эту стабильность, его внутренняя структура заметно изменилась. Сейчас рост CSI 300 формируется за счёт узких отраслевых кластеров технологического сектора, энергетики и промышленной автоматизации.

От лошадиных сил к подпискам

В 2025 году китайский рынок электромобилей превысил 12 млн проданных единиц. В авангарде рынка по-прежнему находится BYD. Компания занимается не только производством электромобилей, но и углубляет вертикальную интеграцию и производит около 70% ключевых компонентов внутри своей группы. 

Также выделяется менее очевидный, но быстро распространяющийся тренд – переход к цифровой платформе, когда автомобиль из «железа» всё больше становится частью цифровой экосистемы. Производитель начинает получать доход не один раз при продаже, а регулярно – через подписки, платные функции, сервисы навигации, автопилота, мультимедиа и обновления «по воздуху». Например, NIO и XPeng уже получают до 15% дохода от своего программного обеспечения.

Отметим, что в Китае внутренняя конкуренция уходит от таких понятий, как увеличение запаса хода и мощности аккумулятора, в сторону 800-вольтовой системы, которая сделает использование электромобиля более удобным для обывателя.

В результате всех этих изменений сформировалось технологическое расслоение: более поздние модели, у которых новая архитектура, получили преимущество в ликвидности и воспринимаются рынком как более перспективные активы, с другой стороны, ранние модели быстро теряют в цене. 

В 2025 году именно переход на новые платформы стал основным фактором борьбы, который должен определить позиции автопроизводителей не только внутри страны, но и за её пределами.

Инфраструктурная война: Baidu, Alibaba и Tencent делят будущее

Ещё несколько лет назад Соединённые Штаты лидировали в сфере искусственного интеллекта, то в 2025 году Китай их подвинул на этом пьедестале. Китай за последний год превратился в один из ключевых мировых центров развития искусственного интеллекта – не просто догоняющий, а задающий тон и направление. Объём рынка искусственного интеллекта в Китае оценивается примерно в $70–$80 млрд, а если учитывать генеративные решения, показатель превышает $100 млрд.

Сейчас каждая модель ИИ даёт достаточно качественные результаты, поэтому конкуренция сместилась в сторону контроля данных, вычислительных мощностей и каналов распространения технологий. 

Несмотря на общие черты, разные компании пошли разными путями в развитии ИИ. Например, Baidu развивает свою модель ERNIE, которая встроена в поисковую систему и облачную инфраструктуру. Она опирается на большую пользовательскую базу в диапазоне 200–300 млн активных пользователей и имеет сильные позиции в корпоративном и государственном секторах.

Другой китайский техногигант Alibaba в этой игре делает ставку на Qwen и open-source подход. У Alibaba есть собственный канал расширения пользователей – Alibaba Cloud. Также компания активно занимается снижением стоимости внедрения для бизнеса.

Третий представитель данного класса компаний – Tencent. Tencent интегрирует искусственный интеллект в свою экосистему WeChat и цифровые сервисы. Компания получает значительное преимущество за счёт миллиарда пользователей и мощной системы распределения.

За последние 12 месяцев рынок искусственного интеллекта в Китае ускорился: помимо основных гигантов появились новые стартапы и более 700 коммерческих AI-решений. В Китае повсеместно происходит внедрение чат-ботов в такие сферы, как текстиль, медицина и производство. Выигрывает тот, у кого есть доступ к данным, вычислениям и пользовательским экосистемам. Это делает сектор более структурированным и инвестиционно зрелым.

Энергетическая крепость: Как Пекин застраховался от мировых кризисов

За последние годы энергетический сектор Поднебесной стал более устойчивым, превратившись в многослойную систему, задачей которой является снижение зависимости от отдельных поставщиков и внешних шоков. Эта система хорошо показала себя в 2026 году, когда на фоне ближневосточного кризиса мировая экономика столкнулась с напряжением. При этом Китай фактически не испытал серьёзных последствий, опираясь на собственные внутренние энергоресурсы (гидроэлектростанции и угольные электростанции), «зелёную» энергетику (страна контролирует более 30% мировых мощностей ветровой и солнечной генерации, активно расширяя инвестиции в накопители энергии и водородные проекты) и диверсифицированный импорт нефти и газа.

Импорт сырья распределился между Ближним Востоком, Африкой, Латинской Америкой и Россией, что снизило влияние региональных конфликтов и геополитических факторов на внутреннюю экономику, а также уменьшило логистические риски.

Ключевую роль в отрасли играют государственные корпорации – CNPC, Sinopec и CNOOC, которые контролируют добычу, переработку и международные контракты. Например, Sinopec остаётся крупнейшим нефтепереработчиком в мире с мощностями порядка 250 млн тонн в год, а CNOOC обеспечивает основной рост морской добычи.  

Отдельным стратегическим направлением для Пекина стало сотрудничество с Москвой. В 2026 году поставки нефти превысили 100 млн тонн, а объёмы газа, идущие по «Силе Сибири», приблизились к 40 млрд кубометров в год, сформировав стабильный долгосрочный канал поставок. Всё больше контрактов обслуживается в юанях и рублях, что снижает зависимость от долларовой системы и внешних финансовых ограничений.

В итоге энергетический сектор Китая превратился в устойчивую опорную систему: диверсифицированный импорт, мощная государственная переработка и ускоренное развитие «зелёной» энергетики. Всё это делает его менее уязвимым к внешним кризисам и более предсказуемым для долгосрочного планирования.

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией. 

Читайте наш блог, подписывайтесь на телеграм-канал Газпромбанка и на наш канал в национальном мессенджере МАХ!