Иранский кризис глазами Сталина: хаос как товар

 Иранский кризис глазами Сталина: хаос как товар

Когда я смотрю на то, что происходит вокруг Ирана, я всё чаще возвращаюсь к трудам И.В. Сталина. Не потому что я стал сталинистом, а потому что в его работах — особенно по национальному вопросу и империализму — я нахожу объяснение того, что сегодня называют «геополитической турбулентностью». Мне кажется, что США не столько хотят сменить режим в Иране, сколько используют его как запал для глобального экономического пожара. И в этом смысле Иран — не цель, а инструмент. Сталин писал об этом ещё в 1920-е годы, когда анализировал природу империалистической политики.

О природе империализма

«Империализм есть не что иное, как стремление капиталистических государств к захвату чужих территорий, к порабощению и ограблению слабых народов, к переделу уже поделённого мира.»
(И.В. Сталин, «Об основах ленинизма», 1924)

Сегодня мир уже поделён, но передел продолжается. Только теперь он идёт не через танки, а через финансовые потоки и цепочки поставок. Иран в этой схеме — просто один из участков, где можно обрушить цены, ударить по логистике и заставить весь мир платить дороже за энергию.

О том, как империализм использует кризисы

«Империалисты не могут жить без войн и кризисов. Кризис для них — источник обогащения, способ переложить свои внутренние противоречия на плечи других народов.»
(И.В. Сталин, «О хозяйственном положении Советского Союза», 1931)

Именно это я и вижу сегодня. США не нужна победа над Ираном. Им нужен кризис, который: обесценит их собственные долги (за счёт инфляции и высоких цен на нефть); ослабит экономику Китая и Европы (потому что они зависят от иранской нефти и китайского экспорта); укрепит доллар (в кризис все бегут в американские казначейские облигации). Иран здесь — просто «спичка». А кризис — это «пороховая бочка», которую подносят к европейским и азиатским экономикам.

О том, как Запад манипулирует национальным вопросом

«Буржуазия умело играет на национальных чувствах, чтобы разъединить трудящихся разных стран. Национальный вопрос — это её любимый инструмент для ослабления противников.»
(И.В. Сталин, «Марксизм и национальный вопрос», 1913)

Сегодня Запад использует национальный вопрос в Иране (и вокруг него), чтобы расколоть исламский мир, противопоставить Иран арабским соседям, создать видимость «борьбы за демократию», за которой стоит желание дестабилизировать регион. Это работает. Иран тратит ресурсы на оборону и пропаганду, а не на развитие. Кризис в регионе отвлекает внимание от внутренних проблем самих США.

О том, как кризисы перераспределяют ресурсы

«Капитализм не может развиваться иначе, как через периодические кризисы перепроизводства. Выход из них он находит в войнах и колониальных захватах.»
(И.В. Сталин, «О проекте Конституции Союза ССР», 1936)

Сегодня капитализм не может развиваться без кризисов. А кризису нужен повод. Иран — удобный повод. Удобный потому что он далёк от США, он богат природными ресурсами, он уже десятилетиями находится в конфликте с Западом и его можно сделать виноватым в росте цен на нефть, не рискуя напрямую столкнуться с Россией или Китаем.

Моё субъективное мнение

Я не утверждаю, что это «истина в последней инстанции». Это просто моя гипотеза, которая сложилась у меня после прочтения работ И.В. Сталина и наблюдения за тем, как США действуют в последние годы.
Мне кажется, что американские правящие элиты прекрасно понимают, что Иран — это не враг, а удобный инструмент для решения внутренних проблем. И если они действительно хотят кризиса — они его получат. Но заплатит за него не только Иран, но и вся остальная экономика мира, включая Китай и Европу.

Я не знаю, прав ли я. Но я точно знаю, что Сталин писал об этих механизмах почти 100 лет назад. И то, что мы видим сегодня, удивительно напоминает его диагноз. Империализм не исчез. Он просто стал менее заметным — и более финансовым. Но суть осталась прежней: кризис, как бизнес; хаос как товар; война, как способ переделать мир. Я это вижу именно так. И если вы видите иначе — возможно, вы тоже правы. Просто у нас разные оптики.