Представляем наш традиционный обзор Мирового рынка нефти и газового конденсата за май 2026 года
Острая фаза войны Израиля и США против Ближнего Востока в середине апреля встала на паузу. Однако блокада Ормузского пролива со стороны Ирана и блокада США иранского экспорта и транзита через пролив по иранской схеме продолжили в мае препятствовать свободному экспорту нефти и нефтепродуктов из региона.
В мае, как и ранее в марте-апреле, большая часть судов проходит Ормузский пролив с выключенными транспондерами (55-65% от общего числа).
В мае Саудовская Аравия, ОАЭ и Ирак продолжили наращивать поставки своей нефти по альтернативным каналам с её погрузкой в Красном море, Оманском заливе и Средиземном море соответственно. В мае эти поставки вышли на уровень своего технического потолка с учётом всех возможностей быстро оптимизации.
Нефть местных производителей также шла в хранилища на берегу, однако расчётный уровень запасов вероятно близок к максимальному техническому уровню.
Иранский экспорт наоборот кратно снизился по отношению к апрелю вследствие захвата иранских танкеров ВМС США и отсутствия рационали в погрузки новых танкеров на иранских терминалах.
Мировой рынок нефти по большей части нашёл новое равновесное состояние.
Украина, США, ЕС и Великобритания продолжили комбинированные атаки на портовую и нефтепроводную инфраструктуру экспорта российской сырой нефти, газового конденсата и нефтепродуктов из Балтийского и Чёрного морей, а также танкеры уже находящиеся в пути. Это оказывает значительное влияние на операционные расходы и соответственно маржинальность, но не на объёмы экспорта.
ОАЭ с 01.05.2026 вышли из ОПЕК и соглашений ОПЕК+. ОАЭ являлись четвёртым по величине производителем ОПЕК. Шейхи Абу-Даби давно тяготились ограничениями в рамках ОПЕК и стремились увеличивать свою квоту на добычу любыми способами. Казахстан также рассматривает выход из ОПЕК+, так как добычу нефти в Казахстане контролируют иностранные компании и у правительства Казахстане нет эффективных инструментов ограничениях объёмов добычи иностранными компаниями из США и ЕС. По аналогичным причинам из ОПЕК вышла Ангола в 2023 году. Венесуэла управляется США и она не способна управлять ни продажей своей нефти, ни добычей, ни тем более соблюдениями квот ОПЕК. Формально она сохраняет членство в организации, но это всего лишь до поры до времени. Добыча нефти в Иране определяется возможностью продать нефть и нефтепродукты на экспорт — даже гипотетические обсуждения ограничений своей добычи с той же Саудовской Аравией в ближайшее время не представляются возможными. ОПЕК как организация в кризисе и может трансформироваться в наблюдательно-статистический орган по образу МЭА.
Трамп продолжает давать временную передышку в удушении поставок российских нефти. Индия, Филиппины получали в мае продление “лицензий” на временный импорт российской нефти. Однако значительная часть экономического эффекта для России была съедена снижением объёмов экспорта вследствие атак и увеличением операционных расходов. Передышка является временной и не должна расслаблять. России нужно стратегически готовиться к замещению экспорт нефти из портов Балтийского и Чёрного морей в пользу внутреннего потребления и омниканального экспорта нефтепродуктов.
В предложении сортов на мировом рынке происходит замещение — вместо преимущественно сернистых и отчасти тяжёлых сортов нефти стран Ближнего Востока на рынок выводятся лёгкие малосернистые сорта из США.
Семья и приближённые Трампа продолжают “зарабатывать” на финансовых рынках. Никакого страха перед некогда грозной Комиссии по ценным бумагам и биржам США нет.
В мае выросли последствия атак Украины, США и ЕС на российский нефтеперерабатывающий сектор, что сильным образом сказывается на внутреннем топливном рынке и степени микроменедмжента отрасли. В России введён запрет на экспорт авиационного керосина в дополнение к ранее введённому запрету на экспорт бензина и ограничению экспорта дизельного топлива. На юге России топливный кризис.
Простой ближневосточных и российских НПЗ, перекрытие Ормузского пролива, атаки Украины и ЕС на Усть-Лугу и Приморск, запрет экспорт светлых нефтепродуктов из Японии и Южной Корее привели к топливному кризису по всему миру.
Перекрытие Ормузского пролива, остановы ближневосточных НПЗ и атаки Украины, США и ЕС на российскую портовую инфраструктуру также продолжают ограничивать поставки серы на мировой рынок.
Трамп продолжает активно менять мировой рынок нефти. Несмотря на высокие цены контроль США над рынком нефти не ослаб — экономический ущерб несут страны — союзники США, а не сами США, но это мало интересно Трампу. Даже сталкиваясь с топливными кризисом страны выпрашивают разрешение США на импорт нефти, нефтепродуктов и СПГ из “неугодных” стран, а не просто покупают доступные на рынке ресурсы. Запас прочности такой политики определяется готовностью иностранных правительств финансировать дефицит госбюджета США (и в некоторой степени Японии) и осуществлять свою внешнюю торговлю с третьими странами в долларах США.
