Если смотреть только на сам график TTF, может показаться, что до кризиса 2022 года еще далеко. Формально это так: нынешние европейские цены заметно ниже экстремумов той эпохи.

Но если смотреть не только на TTF, а на спрэд между TTF и Henry Hub, картина становится куда тревожнее.

Именно в этом сейчас главная новость рынка. Европа снова торгуется не просто с премией к США, а с премией за страх, логистику и дефицит гибких объемов СПГ. После ударов по Катару рынок получил не локальный сбой, а структурный шок обусловленный выпадением 17% катарских экспортных мощностей на срок до трех-пяти лет. Одновременно Европа столкнулась с тем, что быстро нарастить поставки из США почти невозможно, так как американские мощности СПГ и норвежский экспорт и так близки к пределу. Поэтому нынешний рынок опасен не столько самим уровнем TTF, сколько характером разрыва между Европой и США. В 2022 году это означало, что Европа платила любую цену за молекулу газа. Сейчас логика начинает снова работать в том же направлении: американский газ остается относительно дешевым внутренним ресурсом, а европейский превращается в товар с геополитической надбавкой.
Да, это еще не буквальный повтор 2022 года. Тогда TTF уходил выше €300 за MWh, а нынешний всплеск пока существенно слабее. Но по спрэду между TTF и Henry Hub рынок уже выглядит так, как будто сценарий 2022 года снова стоит на пороге. И это, возможно, даже важнее самого уровня европейской цены. Европа еще не вернулась в полный ценовой ад 2022 года, но по масштабу отрыва от американского газа рынок уже почти снова там.
Текущийспред в $17.47/MMBtu — это не просто цифра на бирже, а сигнал о том, что архитектура энергетической безопасности Европы, выстраиваемая последние три года, дала трещину. Это влечет за собой два критических последствия:
1. Российский газ: Неизбежность или окончательный разрыв?
Несмотря на политическую волю к полному отказу от ресурсов из РФ к 2027 году (план REPowerEU), экономическая реальность диктует иное. При цене TTF выше €60/MWh в начале сезона закачки и дефиците катарского СПГ, поставки через оставшиеся нитки ГТС Украины и «Турецкий поток» становятся для ЕС «спасательным кругом», а не просто опцией.
Если спред продолжит расти к уровням 2022 года ($30+), давление промышленного лобби Германии и Италии может вынудить политиков пересмотреть санкционные графики, так как альтернативный американский газ обходится экономике в 6-7 раз дороже внутреннего рынка США.
2. Ренессанс угольной генерации
Дорогой газ неизбежно запускает процесс поиск альтернатив и стимулирует переключение на другое топливо. Вероятно, мы входим в фазу «угольного ренессанса». При текущих ценах на газ сжигать уголь для производства электроэнергии становится в 2.5–3 раза выгоднее, даже с учетом высоких штрафов за выбросы CO2 (ETS Carbon Credits).
Германия, Польша и Чехия уже начали расконсервацию резервных угольных блоков. Экологическая повестка временно отходит на второй план перед угрозой системного блэкаута и де-индустриализации. Мир возвращается к «грязной», но относительно дешевой энергии. Спред в $17+ это приговор для «зеленого перехода» в его текущем виде. Европа оказалась в тисках между сверхдорогим американским СПГ и пока еще санкционными поставками энергетических ресурсов из РФ.