400 млн баррелей нефти из резервов МЭА хватит на 20 дней войны с Ираном

 400 млн баррелей нефти — это 20 дней трафика через Ормузский пролив. Иран экспортирует через Ормузский пролив даже больше нефти, чем до начала войны, но остальные экспортеры Персидского залива вообще не могут вывозить черное золото через основной маршрут.

Вряд ли выпадающие объемы остальных ближневосточных экспортеров, кроме Ирана, возможно заместить выпуском запасов нефти стран-импортеров черного золота, входящих в МЭА.

Иран стал единственным экспортером нефти через Ормузский пролив

Иран экспортирует через Ормузский пролив больше нефти, чем до начала войны с США и Израилем, подсчитали в Kpler. За первые 11 дней марта страна отправила на танкерах через пролив 11,7 млн бочек. При этом всего через пролив прошло всего 12 млн баррелей, то есть только нефть из Ирана.

Остальным ближневосточным экспортерам в этой ситуации остается только завидовать и сокращать производство сырья. Напомним, что к 10 марта 4 крупнейших производителя черного золота в регионе (Саудовская Аравия, Ирак, ОАЭ и Кувейт) убрали с рынка порядка 6,7 млн б/с нефти и нефтепродуктов. И это не окончательные цифры, позже сообщалось, что только один Ирак был вынужден сократить производство на две трети, до 1,2 млн б/с. Кроме того, был вынужден остановить добычу и экспорт метана Катар, который занимает 18% всего мирового рынка СПГ. Остановлены НПЗ в Рас-Тануре (КСА) и НПЗ в Эр-Рувайсе (ОАЭ).

Сколько потеряли рынки нефти и газа от перекрытия Ормузского пролива

Уточним, что в прошлом месяце трафик через Ормуз составлял порядка 129 танкеров различного класса. К 3 марту он упал на 97% до 3-6 кораблей в сутки. При этом до войны через пролив проходила ежесуточно примерно пятая часть всего мирового предложения черного золота (около 20 млн б/с при ежедневном спросе в 105 млн б/с) и почти треть всего СПГ (10 млрд куб. фут./сут.), а также примерно 50% удобрений.

84% всего транспортируемого объема нефти, топлива и 83% газа шло на рынки стран АТР. При закрытом Ормузском проливе мировой рынок теряет практически все эти объемы.

Отдельные попытки обойти пролив есть. Саудовская Аравия переправляет свои нефтяные потоки в трубопровод «Восток-Запад» к побережью Красного моря, в порт Янбу. Но проектная мощность трубопровода — 7 млн б/с (а фактическая, по некоторым данным, — 5 млн б/с. Однако саудиты добывают более 10 млн б/с, кроме того, часть транспортируемых по трубе объемов (около 2 млн б/с) изначально идет на НПЗ на западном побережье.

 

По сообщениям СМИ, сегодня в Янбу направилась целая флотилия — 25 танкеров, — чтобы загрузить саудовское нефтяное сырье.

ОАЭ готовы были отгружать легкую нефть сорта Murban через порт Фуджейра, но вчера он пострадал от атаки дронов. ADNOC уже предложила партнерам по разработке сухопутных месторождений (там добывают Murban) переориентировать поставки на порт Джебель-Дханна, который, как и Фуджейра, расположен западнее Ормуза. Но пока что решение не принято.

Ирак же просит свой полуавтономный регион Курдистан наладить вывоз нефти в Турцию через Курдистан по трубопроводу Киркук-Джейхан. Какова сейчас прокачка по трубе, трудно сказать, но в лучшие времена она составляла около 0,45 млн б/с.

Нефть из резервов не заместит выпадающий экспорт ближневосточных производителей

В настоящее время МЭА инициировало интервенцию на нефтяной рынок под предлогом сдерживания цен на сырье. Предполагается что страны-члены агентства поставят на рынок из своих хранилищ 400 млн баррелей. Это примерный объем транзита через Ормузский пролив за 20 дней. Если все это время пролив будет оставаться закрытым, нефтяная распродажа МЭА вряд ли сможет сильно опустить стоимость сырья, но хотя бы поможет снизить вероятность возникновения физического дефицита нефти.

В данном случае МЭА ориентируется на опыт США, которые в 2022 году поставили из своего SPR 182 млн б/с нефти, чтобы «сбить» нефтяные цены, взлетевшие после начала СВО на Украине и массового ввода антироссийских санкций. Но тогда российские объемы нефтеэкспорта никуда не делись: они переориентировались на другие рынки, а вот баланс мировых поставок углеводородов остался сохранен.

Нефть из резервов развитых стран не поможет возместить физический дефицит сырья в странах Азии

Война с Ираном и закрытие Ормуза — это совсем другая ситуация. Помимо 20 млн б/с черного золота с рынка уже ушли объемы нефтепродуктов из стран Ближнего Востока, которые восполнять никто не собирается. В результате над Индией уже нависла угроза дефицита СУГа, что ведет страну к социальным волнениям, поскольку 1,4 млрд человек рискуют остаться без газа для приготовления пищи. Кроме того, густонаселенная Азия может остаться без удобрений — как с Ближнего Востока, так и произведенных местными химическими производствами, для которых газ нужен как сырье. Это угрожает небогатым азиатским странам голодом, учитывая рост цен на СПГ из-за остановки поставок из Катара.

 

Китаю тут проще: он и до этого брал иранскую нефть, и тем более покупал российское сырье с отгрузкой на Дальнем Востоке. Плюс запасы, которые КНР копила годами. Так что, пожалуй, Китай не столкнется с физическим дефицитом сырья. Но общий рост цен на нефть на китайских НПЗ тоже отразится.

Получается, что при продолжении войны США и Израиля с Ираном страны ОЭСР вначале потеряют свои нефтяные запасы, а потом им еще и придется покупать сырье по космическим ценам. И даже в случае внезапной остановки боевых действий разрушенную нефтегазовую инфраструктуру стран Персидского залива придется восстанавливать, и при самом оптимистическом сценарии на восстановление потребуется несколько месяцев.

oilcapital.ru/news/2026-03-11/400-mln-barreley-nefti-iz-rezervov-mea-hvatit-na-20-dney-voyny-s-iranom-5562340