Иногда лучше ничего не делать

   Все люди, по своей природе, делятся на два типа: одни больше любят тратить («Стрекозы»), другие сберегать («Муравьи»). Об этих моделях человеческого поведения в отношениях с деньгами, а также возможных путях их развития и деградации я более подробно написал в своей книге. Но, приходя на фондовый рынок, начинающие инвесторы не отдают себе отчёт в том, что примерно половине из них («стрекозиному» племени) лучше бы вообще сюда не приходить и держаться от этого места подальше.
Итог инвестиций людей с лёгким отношением к деньгам приведёт к простому их перераспределению к тем, кто относится к ним серьёзно.
«Стрекоза» эмоциональна и по сути своей не способна к принятию взвешенных решений. Сначала делает, потом думает. Как сама легко относится к деньгам, так и думает, что они поплывут в её карманы также легко, широко и долго, как река Волга.
Но даже то, что достаётся тяжело, с потом и кровью, уходит легко и быстро. Вспомним хотя бы Джека Лондона с его рассказами о старателях, рискующих жизнью в собачьих условиях Крайнего Севера и спускающих потом в кабаке в один вечер всё заработанное за сезон. Такова природа, а против неё не попрёшь.

   Каждый из нас имеет какие-то свои личностные особенности, которые можно назвать конкурентными преимуществами. К каким-то занятиям мы склонны, а какие-то нам противопоказаны, как ни бейся. Даже если это твоё и то не факт, что всё получится. Всегда может всплыть что-то, что нарушит идиллию.
В годы моей юности, когда я жил в Магадане, там была очень хорошая школа бокса с известными всей стране звёздами — Виктором Рыбаковым, Валерием Удовиком, Александром Лебзяком и заслуженным тренером РСФСР Борисом Гитманом, который впоследствии уехал в Америку.
Тяжеловес Игорь Высоцкий, несмотря на то, что крупных международных титулов не завоевал, пользовался бешеной популярностью. Он единственный в мире, кто дважды выиграл у знаменитого кубинского тяжеловеса, трёхкратного олимпийского чемпиона Теофило Стивенсона, причём второй раз нокаутом. А не сложилась его карьера из-за анатомической особенности его надбровных дуг. Он постоянно получал рассечения и ему засчитывали поражение. Его соперники знали об этом и специально метили по бровям. Казалось бы, вот оно – моё, но не судьба…
Чтобы отсеять случайных людей и слабых духом, соревнования среди начинающих боксёров устраивались еженедельно. Родственники и знакомые приходили во дворец спорта «поболеть» и посмотреть, как ученики бьются между собой. И мы, с корешами, часто ходили на Акимова. Это был наш одноклассник, которого там регулярно били и так, и сяк, и этак, разнообразно и изощрённо, насколько только позволяли правила бокса. Не было такого места на полу ринга, где бы он не полежал. Каждое воскресенье его били и каждый понедельник он приходил в школу, освещая себе путь собственными «фонарями». Весь класс ждал его появления с нетерпением и часто, впечатлённый его особыми заслугами – свёрнутым набок носом, или напрочь заплывшим глазом, взрывался аплодисментами. Он не выиграл ни одного боя. Я до сих пор вспоминаю его стоя, со снятым головным убором. Мы уважали его за бесстрашие и силу духа, но это было не его. Я потом уехал и не знаю, сколько его ещё били, пока он понял это.
К чему я? К тому, что как регулярно били на соревнованиях Акимова, а он всё равно ходил на них и приносил в школу свои синяки, так регулярно теряют деньги на бирже некоторые инвесторы, но всё равно таскают туда свои деньги и до них также, как до него, всё не доходит. Они находят тысячу причин, чтобы занести ещё денег в надежде на удачу, как в казино, находят десять тысяч объяснений своим потерям, ищут глубину там, где её нет. А на самом деле – они просто тратят время и деньги на несвойственное им занятие. Их деньги были бы целее, если бы они использовали стандартные банковские продукты. В любом деле одного желания мало.
«Захотелось старику, переплыть Москва-реку. Да на серёдке утонул. Только х… м болтанул».
Я вот всю жизнь хотел бы научиться хорошо рисовать, но, если не дано, то могу учиться хоть до посинения, а не заслужу чести даже кисточки мыть за каким-нибудь школьным учителем рисования. Почему с инвестициями (в широком понимании этого слова) должно быть иначе?

У Андрея Мовчана, руководителя собственного инвестиционного фонда, четверо детей, но по его стопам пошла только одна дочь. Другая, например, работает врачом в Израиле и знать ничего не хочет об инвестициях. Зарабатывают с мужем достаточно для качественной и полноценной жизни. Вовремя понять, что твоё, что не твоё, особенно важно для «Стрекозы», ибо ей заявиться на биржу с деньгами всё равно, что завязавшему алкоголику, оказаться за столом, уставленном напитками и где все бухают и поют.