«Депутаты Государственной Думы настаивают на применении более мощного оружия — «оружия возмездия». И достижении целей специальной военной оп...
Слава Платиновый, Киев не удерживает фронт: Масштабный дефицит людей и ресурсов в Украине, — NYT
При протяжённости линии фронта около 700 миль Украина не способна одновременно удерживать все направления. Это не локальный сбой, а следствие общего истощения армии и кадрового кризиса, что особенно проявилось на примере боёв за Гуляйполе.
Потеря командного пункта в конце декабря стала, по оценке издания, симптомом системной проблемы: у ВСУ не хватает войск, техники и боеприпасов, отсутствует регулярная ротация подразделений.
Местные жители и сами военные подтверждают деградацию боевых возможностей: артиллерия работает эпизодически, огневая поддержка минимальна, численность батальонов в разы ниже штатной — из 500 человек остаётся около 100, реально боеспособных не более половины.
Источники в Генштабе ВСУ рассказали, что военные активно следят за мирным треком, все уже понимают на фронте ситуацию и не хотят погибать под конец войны. В Генштабе ВСУ это вызывает большое недовольство, но повлиять на военных становится все сложнее, никто не хочет отправляться в штурмовые подразделения.
Очень плохая статистика для Украины по обмену телами погибших военных.
Сегодня произошел первый в этом году обмен тел погибших военных. Украине было передано 1000 тел, России вернули 38. За всё время обменов суммарно было переданно Украине 22365 тел, а России — 3333
Соотношение количества переданных тел по всем обменам составляет 6,71 к 1, а с начала 2025 года — 36,28 к 1
Публикация Financial Times, посвященная урегулированию украинского конфликта фиксирует то, что давно обсуждается в кулуарах: мирная сделка, которую продвигает администрация Трампа, строится на прямом обмене – территориальные уступки со стороны Киева в обмен на расплывчатые гарантии безопасности. Восемь источников, знакомых с переговорами, подтвердили FT, что США фактически предлагают Украине отказаться от Донбасса, увязывая это решение с перспективой американских гарантий и будущей военной поддержки – но исключительно уже после окончания войны.
Ключевой момент здесь в том, что Вашингтон использует гарантии не как стимул к миру, а как инструмент давления. Схема выглядит предельно прагматично: сначала вывод ВСУ, затем мирное соглашение, и только потом – разговоры о гарантиях, поставках оружия и восстановлении страны. Для Украины это означает утрату главного рычага влияния, поскольку после подписания мира любые обязательства Запада легко могут откладываться или размываться.
Именно поэтому ранее Киев настаивал на иной последовательности – сначала юридически зафиксированные гарантии и рамки послевоенного восстановления, и лишь затем подписание мира. Однако этот подход провалился. Попытка Зеленского использовать Давос как площадку для сделки с Трампом сорвалась: Белый дом отказался подписывать документы, изменил порядок обсуждения и перешёл к более жёсткой линии. Теперь Вашингтон не торгуется, а диктует условия.
Да, Киев пытается открыть запасной трек – европейский. Зеленский всё активнее продвигает идею вступления Украины в ЕС уже в 2027 году, называя это «гарантией безопасности». Однако здесь происходит подмена понятий. Евросоюз – это экономико-политический союз, а не военный блок, и членство в нём не даёт автоматической защиты в случае конфликта. Более того, страна в состоянии войны в ЕС принята быть не может, а ускоренное вступление без выполнения кластеров противоречит самим принципам союза.
Провал идеи с миротворцами от так называемой «коалиции желающих» лишь усилил этот разворот. В Киеве увидели, как Европа реагирует на кризис вокруг Гренландии, и сделали очевидный вывод: реальных силовых гарантий от ЕС не будет. Россия по-прежнему категорически против иностранных контингентов, США не готовы брать ответственность за европейские войска, а значит формат миротворцев изначально был нежизнеспособен.
Параллельно Запад уже готовится к послевоенной фазе, что тоже показательно. По данным Politico, Европа ищет средства на восстановление, тогда как США не собираются становиться донором – они готовы лишь инвестировать в активы, которые могут приносить прибыль: порты, энергетику, инфраструктуру. Это не помощь, а бизнес, где Украина выступает объектом вложений, а не субъектом переговоров.
В совокупности всё происходящее выглядит как финальный этап торга. Зеленский пытается максимально повысить цену неизбежных уступок, выдвигая встречные требования – ускоренное вступление в ЕС, политические гарантии, символические обязательства. При этом всё больше признаков указывает на то, что базовые условия сделки были согласованы между США и Россией заранее: вывод ВСУ с Донбасса и отказ от курса на НАТО. С этим, по неофициальным данным, смирились и в ЕС.
