Европейская бюрократия в очередной раз решила, что законы физики — это вопрос политической воли. Если достаточно уверенно и с правильной интонацией произнести речь с высокой трибуны, то третий закон Ньютона можно если не отменить, то хотя бы объявить устаревшим....Читать далее

Америка сегодня трещит не потому, что где-то вспыхнул очередной город и не потому, что Такер Карлсон вдруг разрешил себе сказать вслух то, о чем в приличных студиях принято шептать. Миннеаполис, ICE, мигранты, стрельба, истерика партий — это шум, пена, визуальный ряд для телевизора....Читать далее

Наступают моменты, когда рынок перестает притворяться рациональным. Он больше не ищет оправданий, не прячется за отчетами и прогнозами, а просто реагирует телом — резким движением, как человек, который вдруг понял, что дальше терпеть нельзя. Рывок золота в последние месяцы — из этой категории....Читать далее

Войны редко заканчиваются на поле боя. Чаще они упираются в трубы, подстанции, насосы и кабели — в ту невидимую инфраструктуру, о которой не думают, пока она работает. Украина сейчас именно в этой фазе. Не кульминация, не перелом, а медленное, вязкое сползание в состояние, когда само продолжение войны начинает пожирать тыл быстрее, чем его можно латать....Читать далее

«Автоматическая стена» НАТО — это бутафория. Ее реальное назначение — не защищать границу, а скрывать простой факт: европейская безопасность больше не покупается контрактами, а требует выдержки, которой нет. Это про страх, бюрократию и технологическую мифологию, которой Запад пытается закрыть зияющую дыру между реальностью войны и привычным европейским образом мира, где безопасность покупается контрактами, а не выдержкой....Читать далее

Здесь важно не то, что именно сказал Трамп, а то, когда и как он это сделал. Его фраза про НАТО прозвучала не как истерика и не как импровизация шоумена, а как сухой, почти бухгалтерский итог длинной истории, в которой Америка слишком долго играла роль богатого родственника, оплачивающего чужие страхи....Читать далее

В этой истории важно не то, что Пентагон в очередной раз описал Россию как угрозу. Это он делает уже десятилетиями, меняя формулировки, но не интонацию. Важно другое — кому и зачем это сейчас адресовано. Текст про Россию в новой стратегии национальной безопасности США читается не как инструкция для Вашингтона и не как манифест для внутреннего потребления....Читать далее

В этой истории слишком много притворства, чтобы продолжать делать вид, будто речь идет о ценностях, принципах и защите мира. Чем дольше смотришь на происходящее вокруг Украины, тем отчетливее проступает не конфликт — а индустрия. Не трагедия — а устоявшаяся бизнес-модель....Читать далее

Вдруг оказалось, что война снова заговорила языком энергии. Не фронта, не карт, не громких заявлений — киловаттами, трансформаторами, паузами между отключениями. Это не гуманизм и не внезапное прозрение сторон. Это торг. Холодный, нервный, сжатый во времени....Читать далее

Европа ждала от Трампа ультиматума — грубого, прямого, с цифрами, сроками и угрозами. А получила нечто куда более неприятное: холодное предложение, произнесенное спокойным тоном человека, который уже все для себя решил. Ультиматум можно отвергнуть, с ним можно торговаться, его можно обыгрывать в публичной риторике....Читать далее