Курс доллара и акции РФ: зимний обвал. Санкции из ада. Предупреждение инвесторам на зиму

«Число заболевших во всём мире увеличилось до пятнадцати тысяч человек. Растёт и количество умерших. В нашей стране выявлено тридцать семь новых случаев заболевания. Границы закрыты, больницы работают в режиме…». Я выключил телевизор, оборвав диктора на полуслове. Пора на работу, и никакая эпидемия её не отменит.

Ещё со вчерашнего вечера сильно болела голова, а с утра появился противный кашель. Да и выглядел я так себе. Оформить бы больничный, но начальник сказал чётко: «Закрыть проект до конца месяца». Я вышел из квартиры, захлопнул дверь.

На улице стояла такая погода, что и здоровый заболеет: мозглый ветер швырял ледяной дождь в лицо, зябко ёжились немногие прохожие. Странно, вроде рабочий день, а народу в метро почти нет. Я прошёл через турникет, морщась от головной боли и шмыгая носом. Как темно на станции… Я встал на ступеньку эскалатора, и в глазах совсем помутнело. Следующее, что я увидел — лицо врача в маске. Скорая? Точно, я лежу на каталке. В руку что-то укололи. Глаза закрылись сами собой.

Проснулся я в палате. Роскошной, надо сказать — только одна кровать, стерильно белые стены, на стойке пикают какие-то аппараты. Довольно долго я лежал и ждал, что кто-то зайдёт. Когда надоело — попробовал встать. Голова, кстати, прошла. Не осталось ни кашля, ни насморка. Надо найти врача — меня на работе ждут, в конце концов.

Легко сказать. Дверь в палату заперта, не открывается. Телефона нет. Кнопки, чтобы вызвать медсестру — тоже. Я походил кругами вокруг кровати, присел на неё, и тут погас свет. Через секунду включилось аварийное освещение, а в двери что-то щёлкнуло — наверно, открылась автоматически.

Коридор оказался пустым. Только двери в палаты и тот же мутный аварийный свет. Я открыл одну наугад и отпрянул — на кровати лежал пациент, которому уже явно нельзя было помочь. Кровь запеклась на подушке у его головы. Тело выгнуто под таким углом, что понятно — уже не жив.

Идём дальше — в конце коридора пост медсестры. Никого, телефон на столе не работает. Я нашёл лестницу, спустился на первый этаж — повсюду тишина. На улице тишина. У входа — брошенная машина скорой помощи. Интересно. И жутко. Я вернулся обратно, нашёл в отделении свою одежду, телефон — не включается. Надо выбираться, и я побрёл к метро. Станция была открыта, внутри — всё тот же неживой аварийный свет. Никого из людей. Поезда не ходят. Что же, пойдём пешком, благо до дома недалеко.