Пётр Авен: произошла фундаментальная трансформация экономической модели

23 ДЕК'20 Автор: Антон Фейнберг
www.rbc.ru/newspaper/2020/12/23/5fe1a5db9a7947dec65117e7

Пётр Авен: произошла фундаментальная трансформация экономической модели:

• инфляция подавлена, это новая реальность. Все страны испытывали временные проблемы с экономическим ростом в условиях подавления инфляции.
• за 2013–2019  годовой рост российской экономики по оценкам Счетной палаты, в среднем меньше 1%.
• сохраняя низкий уровень инвестиций 20% ВВП мы не обеспечили экономический рост,
• не сократился общий долг российских компаний 60% ВВП.
• сократилась доля доходов населения от предпринимательства, сейчас 5%, что особенно грустно, с точки зрения изменения предпринимательской среды

C точки зрения развития среды, с позиции инвестиций и экономического роста, годы c 2013 можно назвать потерянными.  В мире идет большая волна левого популизма и большого давления в сторону социальной справедливости. [В России] и повышение налогов у нас сейчас [идет], и отказ от многолетней 13-процентной шкалы. Мы в этом смысле совершенно не уникальны, мы подстраиваемся под мировой тренд.  Мне это не кажется очень эффективным.

За три квартала 2020 года на фоне снижения ставок прирост рублевых депозитов замедлился до 1,1 трлн руб., а инвестиции населения в рынки составили 600 млрд руб., то есть уже свыше 50% от притока. Уход в финансовые рынки, в акции — это неизбежная история. Думаю, что далеко не все разочаруются, вообще население начнет грамотнее вкладывать деньги. Развитие финансового рынка в России фундаментально пока отстает от всего мира, у нас еще большой потенциал. в финансовые рынки инвестируют только 7% россиян, Мы оцениваем, что в ближайшие годы эта доля вырастет до 30%.

У меня личных инвестиций практически нет. А если и есть, то я воспринимаю их как страховку, и поэтому они находятся либо в депозитах, либо в triple A облигациях — тут я ничего не менял во время кризиса. Я вообще оптимист, мне кажется, что мы сейчас выходим в восстановительный рост, будущий год будет годом роста и в мире, и в России. Думаю, что ситуация фундаментально уже не ухудшится.

Мы, приятно удивлены поведением заемщиков во время этого кризиса. Просрочка на очень стабильном уровне — 4,5–4,7%, это даже меньше того, что мы видели в 2019 году. Никаких проблем с просрочкой и портфелями мы не видим на сегодня. Это не является  большой проблемой и банкам сегодня, фундаментально ничто не угрожает.

Сейчас Минфин требует декларировать криптовалюты.  Ни одно государство — как меня учили, во всяком случае, в университете —не позволит иметь параллельную валюту. Это разрушает основную валюту, поэтому сегодня я по-прежнему в криптовалюту как в средство платежа в реальной жизни и средство накопления не верю. И ужесточение законодательства только это подтверждает.

Для банковского сектора я вообще не вижу угроз у нас в стране. Я всегда говорил, что маленькие банки не имеют ресурсов на технологическое развитие. Кризис как раз показал, что без этого невозможно жить, выживать, поэтому я думаю, что этот разрыв между технологически развитыми и неразвитыми будет только увеличиваться. 

ЦБ в его концепции цифрового рубля будет и эмитентом, и регулятором, и, по сути, рыночным игроком Не боится ли Альфа-банк, что ЦБ, по сути, отнимет часть бизнеса у банков?  Безусловно, цифровой рубль — это вызов, и, как это будет влиять в том числе на наше фондирование, мы пока до конца не понимаем. Но избежать этого невозможно, и это требует осмысления.

Мы, как «Альфа-Групп», много лет имели контакты в США, пытались заниматься там бизнесом, [общались] и с политическими, и с бизнес-кругами. После 2016 я пытался построить контакты, с новой администрацией. Тот информационный фон, который в то время существовал вокруг России, делал [контакты] просто невозможными, с российскими бизнесменами боялись разговаривать. Никакого продолжения этого не было нигде и никак. Пока информационный фон в отношении России  не поменяется, об надеждах на сближение трудно говорить.