Терминологический тупик: как государство подменило понятия капитализма и социализма для оправдания грабежа
Когда финансовая система трещит по швам, а регуляторы вводят всё новые запреты, в медиа активизируются споры о «пороках дикого капитализма» и необходимости «социальной справедливости». Но парадокс в том, что 99% участников этих дискуссий вообще не понимают значения слов, которые они используют.
В Институте Мизеса (Mises Institute) вышел отличный теоретический материал (а я перевёл) Джонатана Ньюмана, который очищает понятия капитализма и социализма от вековой политической шелухи. С позиции Австрийской школы, разница между ними лежит не в плоскости лозунгов, а в одном конкретном критерии — в праве собственности.
Капитализм: абсолют частной собственности
В мейнстримных учебниках капитализм часто описывают как «систему, где ресурсы принадлежат частным лицам ради получения прибыли». Но австрийский анализ доказывает, что это определение ущербно. Настоящий капитализм — это система, основанная на неприкосновенности частной собственности и свободе добровольного обмена.
При чистом капитализме нет места государственному вмешательству. Если у вас есть право собственности на свой труд и капитал, вы вправе менять их на любые другие блага по взаимному согласию. Любые налоги, пошлины, антимонопольные законы или лицензии — это уже прямое нарушение капиталистического принципа. То, что сегодня называют «капитализмом» в США или Европе (с их разросшимся госаппаратом и субсидиями крупному бизнесу), в АЭШ классифицируется как интервенционизм.
Социализм: институциональная агрессия
Социализм принято ассоциировать с заботой о бедных, бесплатной медициной или «скандинавским раем». Но Ротбард в своих трудах дал социализму четкое экономическое определение: это институциональная агрессия против частной собственности.
Социализм — это всегда принуждение. Неважно, изымает ли государство заводы целиком (как в СССР) или просто забирает 50% вашего дохода через прогрессивный налог, чтобы перераспределить его в пользу чиновников и лоббистов. И в том, и в другом случае происходит насильственное лишение человека прав на результаты его труда. Экономический расчет при социализме невозможен, так как отсутствие частной собственности на средства производства уничтожает рыночные цены на капитал, о чем писал еще Мизес.
Зачем государству эта путаница?
Политики сознательно размывают эти понятия. Навязывая обществу идею «смешанной экономики» (третьего пути), чиновники маскируют банальный грабеж. Когда государственное регулирование приводит к инфляции, кризисам и падению уровня жизни, власти оперативно обвиняют в этом «жадных капиталистов» и требуют еще больше полномочий для борьбы с ними.
В реальности никакого «третьего пути» нет. Существует лишь вектор: либо экономика движется в сторону свободного рынка и уважения к собственности (капитализм), либо в сторону принуждения, контроля цен и нищеты (социализм).
И не забывайте подписываться на мой телеграм-канал, Boosty и YouTube-канал
но там капитализм, смотрите не перепутайте.
Оказалось, что первая стадия и есть «настоящий» коммунизм, а второй не будет, потому что, в принципе, нет такой необходимости. При коммунизме в России была совершена «культурная революция», индустриализация. В СССР возвратились к коллективизму, наподобие коллективизма русской крепостной общины (15 — 19 век), где землю делили по едокам. Стали говорить что это такой «новый человек». И действительно, пока «новые люди» видели перспективу в том, чтобы ходить на завод или в колхозе работать — тема работала. Потом, Левис Траус со своими джинсами и группа Битл — отправили этот коммунизм в нокаут. Но! Основания коммунистической собственности, оставшиеся в сознании и бывших совков, и, аккуратно переданные детям, рулят этим нашим недокапитализмом. Это быть может неявно, но это так.
Думаю — с социализмом то же самое. Мелкое ремесленничество всегда процветало и будет, и при СССР (да и в КНДР)