Евгений Ясин: Сергей Глазьев абсолютно неправ

Bradm, все правильно, в отсутствии конкуренции эффект переноса процентных ставок через издержки в цены работает великолепно. А когда у вас есть конкуренция, этому эффекту переноса процентных издержек в цены противопоставляется эффект ограничения спроса через рост процентных ставок, который в условиях конкуренции существенно ограничивает возможность производителей и продавцов увеличивать цены. 

Естественно в полусоциалистической системе Китая процентные издержки способствуют поддержанию инфляции на высоком уровне. Никакого чрезмерного разгона инфляции в США в середине 2000-х или середине 1980-х при росте процентных ставок не произошло. Естественно, определенный вклад был, но он был сильно ограничен в условиях конкуренции из-за сжатия спроса ввиду роста процентных ставок. 

Делайте конкуренцию в рыночной экономике, и у вас прекрасно будет работать классическая монетарная политика, ограничивающая рост цен процентной ставкой.

Я напомню, что инфляционное таргетирование, которую хают и критикуют у нас на каждом углу почему-то прекрасно работает в Норвегии, Канаде, США, Еврозоне, Польше, Австралии, Новой Зеландии (напомню, что Канада, Норвегия, Австралия, Новая Зеландия — экспортоориентированные сырьевые экономики, зависимые от внешних цен на сырье). Местное население давно там не видело годового роста цен выше 4%.

Поднимая ставку, вы увеличиваете издержки производства, но снижаете конечный и промежуточный спрос — дорожает потребительский и корпоративный инвестиционный кредит. В итоге с рынка отсеются все производители, которые неспособны обеспечить удовлетворение спроса в таких условиях. Как только они повысят цены, они станут неконкурентоспособны с другими производителями, не повысившими цены. Негатив в том, что снижается норма прибыли и рентабельности, но это естественный процесс борьбы с перегревом экономики и ростом цен. В такой ситуации лучше потерять в объеме продукта и экономическом росте (хорошо подумайте, зачем вам нужен рост, например, в условиях отсутствия роста населения), чем допустить разгона цен, когда создается неопределенность и риски производства из-за неопределенности входных цен (цен) и исходящих цен (цен продажи готовой продукции).

Я вам привел пример стран, которые действуют по принципу «разгон инфляции — повышаем ставки». Их совокупный объем экономики в разы больше китайской. И ничего, живут припеваючи и развиваются. И рост имеют, и цены растут минимально.

Эти правила работают отлично, если у вас есть нормальная рыночная экономика с качественными рыночными институтами и защитой конкуренции, хорошо работающим антимонопольным законодательством и антимонопольными институтами.

Обратите внимание, ничто не мешает демонополизировать часть естественных монополий.

Возьмем, к примеру РЖД. Почему она является естественной монополией? потому что нельзя создать параллельно 10 или 100 систем железных дорог. Так пусть сами железные дороги и сети останутся в собственности, допустим государства, а непосредственно первозки на них на арендной основе осуществляют 10 или 100 перевозочных компаний, как в рамках пассажирских перевозок, так и в рамках грузоперевозок. Обслуживание путей и дорог тоже можно сделать конкурентным рынком частников, которые за свою цену и плату для государства осуществляют обслуживание сетевых коммуникаций. Таким образом, вы ограничите рост тарифов грузоперевозок, который тормозит всю промышленность и реальный бизнес. Аналогичное касается и других отраслей, где есть признаки естественного монополизма.

Bradm, не надо забывать и соответствующий вклад в инфляцию валютного курса, а точнее высокую зависимость внутренней динамики цен от импортной составляющей. Естественно, в диверсифицированных экономиках с множеством отраслей и конкурентоспособностью импорту, с низкой долей импорта в экономике в ключевых и базовых отраслях эффект переноса валютного курса во внутренние цены гораздо ниже. В России с этим проблемы, поэтому еще необходимо очистить инфляцию в России от эффекта влияния процентных ставок, эффекта переноса валютного курса и негативных экстерналий монополизма.

Кстати, это неплохо прослеживается и в Китае. Китай зависим от импорта сырья и энергоносителей, то есть ключевых первичных товаров, цены которых вкладываются по цепочке в конечные цены очень многих конечных продуктов на многих этапах производства. Естественно, по мере роста сырьевых цен в середине 2000-х годов, китайская инфляция разгонялась, на что Народный Банк Китая (решивший сохранять валютный коридор) регулировать инфляцию процентной ставкой. Поэтому мы и видели одновременный рост инфляции и процентных ставок. Зато обратите внимание, как в мире в ответ на цикл ужесточения денежно-кредитной политики обвалились цены сырья (и по цепочке начали тормозить цены многих конечных товаров, так, что в Европе и Японии говорят о дефляции). Это произошло первый раз в 2007-08 гг., когда в ответ на цикл ужесточения ФРС в 2004-2007 гг. упали цены нефти и другого сырья. Теперь на новый этап tapering от ФРС (сворачивание всех QE в 2013-2014 гг. и начало роста ключевой ставки в 2015 году) повалились цены сырья вновь — сами видите, как движутся цены нефти, металла и прочих товаров. Вопрос в масштабе, в диверсификации и рыночности. 

Ставка хорошо работает с инфляцией, нужны лишь условия, в данном случае нормальные конкурентные рыночные условия. А когда у вас монополизм, то естественно, каждая монополия проблему в виде роста процентных издержек будет переносить в цены товаров.