Революция российских инвесторов

Еще одно важнейшее изменение в 2016 году коснется проведения оферт. Сейчас процедура выглядит так: акционер обращается к эмитенту с выпиской со счета депо, при этом его бумаги блокируются, потом эмитент перечисляет деньги. Теперь центральный депозитарий будет гарантировать расчеты по выкупам: в НРД поясняют, что списание ценных бумаг со счетов депо будет производиться только при наличии достаточных денежных средств. В итоге акционеры, у которых эти бумаги выкупаются, будут защищены.

НРД надеется, что реформа приведет к резкому росту активности частных инвесторов. В Турции с момента запуска электронного голосования абсолютное количество участников собраний акционеров выросло уже в более чем в три раза и продолжает расти. Есть основания предполагать, что у нас эффект будет столь же масштабным — сами инвесторы с нетерпением ждут новых возможностей.

«Мы очень положительно относимся к введению электронного голосования и считаем, что активность акционеров, особенно миноритарных, после этого вырастет в разы, — говорит Василий Соловьев, председатель правления управляющей компании “Арсагера”. — Сегодня голосовать неудобно, бюллетени часто приходят по почте уже после того, как собрание прошло, и не секрет, что многие мажоритарные акционеры пользуются этим в расчете на то, что из миноритариев все равно никто не будет голосовать, что они ленивы и разрозненны. Если же голосование будет проходить с использованием электронных документов и не будет связано с большими транзакционными издержками, то миноритарные акционеры активизируются, особенно когда общества будут выносить на голосование важные вопросы. Кроме того, мелким акционерам будет проще объединяться и отстаивать свои интересы сообща. Так, в совете директоров “Газпрома” сейчас нет ни одного представителя миноритарных акционеров, хотя им принадлежит 46 процентов акций».

По словам директора «Арсагеры», эмитенты уже давно не устраивают отсечек задним числом — это невозможно согласно законодательству, но по-прежнему много других злоупотреблений: так, эмитенты могут не рассылать важные материалы к собранию — например, изменения в уставе, или отчет оценщика, или проекты документов. Обязательное предоставление и этих материалов через НРД могло бы решить проблему.

«Инициатива по поводу электронного голосования через центральный депозитарий, я считаю, шикарна, и она действительно поможет и увеличению количества акционеров, участвующих в собраниях акционеров (то есть представительность увеличится), и, самое главное, правильному подсчету голосов, — говорит частный инвестор Денис Панасюк. — Почему я заостряю внимание на правильности подсчета голосов регистратором? Вот пример: в июне 2015 года случилась интересная история на годовом собрании акционеров Долгопрудненского научно-производственного предприятия, ДНПП. Миноритарии ДНПП обнаружили, что теоретически у них хватает голосов, чтобы провести своего кандидата в совет директоров и частично реализовать свое право на участие в управлении обществом. Часть миноритариев решила выслать свои бюллетени по почте, часть решила посетить собрание акционеров лично. И в итоге получилось так, что миноритарным акционерам не хватило всего 655 кумулятивных голосов для проведения своего кандидата в совет директоров. Существует вероятность, что голоса их были недоучтены: по словам очевидцев, на собрании не приняли более 1500 голосов (при итоговом разрыве в 93), сославшись на ошибки в доверенности. В случае же голосования через незаинтересованное лицо (центральный депозитарий) миноритарии не будут иметь претензий и сомнений — правильно учли их голоса».

Почем бюллетень?

Теперь весь вопрос в стоимости электронного голосования для акционеров — скорее всего, оно окажется дороже голосования «по почте». Начать с той же ЭЦП, за которую в год нужно заплатить от 6 до 8 тыс. рублей. НРД разрабатывает сервис для онлайн-голосований, которым смогут воспользоваться все желающие эмитенты, но точной информации о тарифах тоже пока нет. Взимать или не взимать плату с акционера за инструкции по голосованию и в каком размере — будет определять депозитарий, в котором открыт счет у этого акционера. Но уже известно, что для акционеров, владеющих исчезающе малой долей акций, экономического смысла голосовать с использованием новых технологий не будет. Однако при желании они смогут пользоваться бумажными носителями: в Независимой регистраторской компании поясняют, что голосование электронными бюллетенями не отменяет возможности личного присутствия акционера на собрании или заочного голосования по почте, поэтому у акционера всегда будет выбор.

Конечно, счастье в виде новых технологий по всем законам жанра не может быть безоблачным. В роли темных сил на сей раз выступило Министерство экономического развития, которое готовит норму о том, что бюллетени при голосовании на собраниях акционеров должны быть заверены нотариально. Если эта норма будет принята, она может отбросить взаимоотношения акционеров и эмитентов на много лет назад (кстати, ее поддерживают некоторые эмитенты). Но и у инвесторов может быть резон пользоваться нотариальным заверением, добавляет Денис Панасюк: ведь сейчас ничто не мешает эмитенту попытаться сфальсифицировать итоги собраний путем самостоятельного заполнения бюллетеней. «Процедуру голосования бюллетенями по почте можно сделать чуть-чуть похожей на процедуру предъявления акций к выкупу, только попроще: хочешь проголосовать досрочно и по почте — иди и заверяй, удостоверяй свою подпись под бюллетенем для голосования нотариально, а потом высылай нотариально удостоверенные бюллетени. Но необходимо оставить для акционера возможность проголосовать, не заверяя подпись под бюллетенем и не платя денег нотариусу, в присутствии представителя регистратора».

Что принесет реформа корпоративных действий эмитентам? С одной стороны, пропасть между компаниями, действительно открытыми и стремящимися к взаимодействию со своими акционерами и фактически закрытыми, которым до мелких акционеров дела нет, станет еще глубже. Хотя бы потому, что первые начнут активно пользоваться новыми технологиями, проводя собрания акционеров онлайн — как в этом году уже сделал Сбербанк. С другой стороны, если реформа действительно окажется успешной, можно ожидать новой волны возмущений случаями мнимого гринмейла — а на деле всего лишь объединения мелких акционеров, для того чтобы иметь возможность влиять на управление компанией. Василий Соловьев из «Арсагеры» предлагает простой рецепт, как перестать путать гринмейл и права акционеров: «На самом деле гринмейл вообще никак не связан с голосованием. Акционеры-гринмейлеры не пытаются изменить политику компании, они просто ее шантажируют, пользуясь любыми предлогами, в том числе надуманными, например тем, что протокол собрания неправильно оформлен. Цель гринмейлера — продать свои бумаги существенно дороже, чем он их купил. Но если “Нижнекамскнефтехим” направил 2,8 миллиарда рублей (!) на благотворительность, а акционеры пытаются добиться возвращения этих денег в компанию, то они никак не могут быть гринмейлерами, так как заботятся о бизнесе самого же “Нижнекамснефтехима” и о всех, подчеркиваю, его акционерах. То же самое относится к акционерам, которые требуют, к примеру, справедливой цены выкупа акций — опять-таки для всех акционеров».

Электронный документооборот, запрет квазиказначейских акций, внедрение модели управления акционерного капитала, ориентир на интересы акционеров…

Я рад!

Критическое количество положительных изменений в сфере корпоративного управления близко к Революции инвесторов. Она обязательно произойдет, но это произойдет тихо и буднично. Совсем скоро мы будем жить в совсем новых условиях.

Ожидаю, что данные изменения вызовут такой же рост российских акций, как произошло в США после Революции инвесторов.

В 1980-е в США произошла Революция инвесторов (shareholder revolution), приведшая владельцев к реальному управлению корпорациями (помните Гордона Гекко из фильма «Уолл-стрит»?: «Жадность — это хорошо! Жадность работает»), и распространенный ныне обычай вознаграждать высшее руководство через выдачу опционов, что делает их интересы практически идентичными интересам инвесторов (об опционах как средстве мотивации топ-менеджеров читайте статью Роджера Мартина «Почему создавать стоимость — хорошо, а торговать ею — плохо»).

В 1960-е годы американские корпорации управлялись почти, как совсем недавно в России: дивиденды платились редко и мало, поскольку коэффициент удержания прибыли (plowback coefficient) был высоким. Прибыль уходила на расширение бизнеса, повышение производительности труда и т. д. Акционерам же предлагалось удовлетворяться виртуальным доходом от роста капитализации компании. Правда, в России с этим еще намного хуже – прибыль зачастую «зарывается» в неэффективные проекты, а о росте капитализации остается только мечтать. В США такое положение вещей и привело в итоге к упомянутой выше Революции инвесторов.

Совершенно так же в интересах класса менеджеров управлялись до сих пор государственные корпорации в Российской Федерации, о чем свидетельствует чрезвычайно низкий размер их дохода на капитал. Интересы топ-менеджеров госкомпаний не только не совпадают с интересами владельцев бизнеса, но и прямо противоположны им.

По моим расчетам 2016-2020 гг. станут переломными для российского фондового рынка. Еще есть время купить дешевые билеты на скорый поезд ММВБ 5000!

 

Успешных инвестиций!