«Игра на понижение» США или новый ценовой передел мирового рынка нефти

Нападение США на Венесуэлу 3 января этого года не было спонтанным шагом американской администрации, а целенаправленным действием, являющимся частью спланированной энергетической политики США, направленной прежде всего на изменение всей мировой системы ценообразования на нефть, построенной на доминирование англо-американских ценовых бенчмарков, являющихся частью мировой финансовой системы. Можно с большой долей уверенности констатировать, что с вторжения США в Венесуэлу началось переформатирование мирового рынка нефти в условиях безусловного молчаливого согласия мирового энергетического сообщества. Для поддержания ликвидности доллара США нужно усиление своего ценового бенчмарка WTI на фоне ослабления североморского бенчмарка Brent.

Основная цель США в Венесуэле — не только и не сколько контролировать торговлю венесуэльской нефтью, а путем поставить под прямое управление или так называемое «корпоративное участие» США нефтяные проекты всего Западного полушария Америки, включая Канаду, США, Мексику, Венесуэлу, Бразилию, Гайану, Колумбию и Аргентину. Как результат, США будут регулировать 40% всей мировой добычи нефти, или около 70 млн баррелей в сутки (б/с), в то время, когда на весь оставшийся сегмент рынка нефти придется 150 млн б/с. Это означает, что под контролем США окажется больше половины всех мировых запасов нефти.

Следующим шагом в реализации этой долгоиграющей стратегии США стала военная операция, начатая США и Израилем против Ирана 28 февраля. Через Ормузский пролив проходит около 20% мировой нефти и до 30% мировых поставок сжиженного природного газа (включая весь экспорт Катара), и его называют важнейшей энергетической артерией планеты. Этот пролив является важнейшим в мире маршрутом экспорта нефти, по которому поставляется топливо из Саудовской Аравии, Ирана, Ирака и ОАЭ. Нефтяной рынок закладывает в цену рис потери до 1,5 млн барр./сутки и вывод с мирового рынка нефти будет толкать цены на нефть вверх. По оценкам экспертов в случае длительной блокировки Ормузского пролива котировки на нефть могут вырасти до 100 долларов за один баррель.

Такая же ситуация с СПГ из Катара, который будет заблокирован внутри Персидского залива и в результате цены на газ в Европе и Азии могут вернуться к отметке в $1000 за тысячу кубометров. В случае развития военного конфликта Ирана с Израилем и США, Иран в союзе Йеменом могут также закрыть судоходство и через Красное море, а также Баб-эль-Мандебский проливом, который соединяет Красное море с Индийским океаном. Можно предположить, что цель военного конфликта с Ираном — это прежде всего нанести удар по экономике Китая, отрезав его от иранской нефти.

Нынешнее обострение ситуации напоминает арабо-израильский кризис 1967 года, который в определенной степени явился триггером в мировой системе ценообразования. Шестидневная война на Ближнем Востоке между Израилем с одной стороны и Египтом, Сирией, Иорданией и Ираком с другой, продолжалась с 5 по 10 июня 1967 года. Египет, Сирия и Иордания вывели свои войска к границам Израиля и заблокировали вход израильским кораблям в Красное море и Суэцкий канал. Арабо-израильская война стала важным поворотным моментом для мирового рынка нефти, положив начало трансформации системы ценообразования, которая окончательно оформилась после кризиса 1973 года.

Мировой рынок нефти резко входит в новый этап своего развития. Выражаясь биржевым языком, США занимают длинную позицию в своей игре на понижение других ведущих энергетических игроков, которая называется «игра на понижение». Последние события, связанные с Венесуэлой и Ираном, демонстрируют желание США идти до конца с целью сохранения своего доминирования на мировом финансов рынке. С учетом того, что, мировой рынок нефти является неотделимой частью финансового рынка, для США очень важно сделать американский ценовой бенчмарк WTI ключевым в структуре ценообразования на мировую нефть на фоне ослабляющегося по ряду причин бенчмарка Brent. А точнее вывести на лидирующие позиции в длительном противостоянии с североморским Brent.

Конечно, для США недостаточно просто управлять ресурсами вышеуказанных стран. США нужно контролировать всю систему ценообразования на нефть в мире. В результате центр ценообразования на нефть и, соответственно принятия глобальных стратегических решений на мировом рынке нефти сдвигается от ОПЕК+ в сторону США, что естественно повлечет за собой перекраивание всех торговых и логистических цепочек и смены всей транспортно-логистической и нефтетрейдинговой системы мирового товарного рынка нефти. Для США очень важно, чтобы цена на американскую легкую и малосернистую нефть WTI не поднималась выше, чем 53 доллара за баррель, о чем заявлял президент США Дональд Трамп. Этот ориентир цены основывается на прогнозных данных Goldman Sachs, которые делают вывод что приоритетный диапазон для американской нефти WTI должен быть в пределах 40–50 долларов за баррель.

История развития мирового рынка нефти наглядно показывает, нарушение баланса спроса и предложения, а точнее избыток или нехватка энергетических ресурсов может служить как триггером для переформатирования мирового рынка нефти. Это означает, что любое изменение баланса спроса и предложения на рынке физической нефти отражается на позициях финансовых спекулянтов и хеджеров на срочном (так называемом «бумажном рынке»), которые вкладываются в премию за риск на ведущих товарно-сырьевых биржах».

Плохо скрываемое желание США к получению полного контроля над ценами на энергоресурсы во многом объясняет действия администрации США. Фраза, авторство которой приписывают британскому адмиралу барону Джону Арбетноту Фишеру: «Кто владеет нефтью, тот правит миром!», по-прежнему актуальна и свидетельствует о преемственности современного западного мышления. Кто контролирует цены на нефть, тот контролирует мировую финансовую систему.

Современная модель международного рынка нефти сформировалась в конце 1980-х — начале 1990-х годов. Принципиально новая архитектура современного международного товарного рынка нефти предусматривает современную модель ценообразования с двумя взаимосвязанными сегментами (спотовым и срочным). В этот период была сформирована мировая система ценообразования, ключевое место в которой заняли мировые ценовые агентства S&P Global Platts и Argus и ведущие мировые товарно-сырьевые биржи, доминирующее положение среди которых занимают англо-американские ICE и NYMEX и Дубайская DME. В результате цены на все сорта, обращающиеся на международном нефтяном рынке, стали формироваться с привязкой к ценам трём марок: североморской Brent, западно-техасской WTI и добываемой в Персидском заливе Oman/Dubai. Их стали называть бенчмарками. Оценки стоимости нефти, проводимые ценовыми агентствами, получили наименование «публикуемых цен», а основным инструментом биржевого механизма определения цены чёрного золота стали фьючерсные контракты, как поставочные, так и расчётные.

В настоящее время мировой товарный рынок нефти характеризуется высокой степенью неопределенности, выражающейся, в частности, в снижении роли Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК) в качестве балансирующей структуры на физическом сегменте товарного рынка, разрушении мировой системы ценообразования, в том числе потери ликвидности североморского бенчмарка Brent и усилении американского бенчмарка WTI, разбалансировки спотовых и срочных хабов мирового товарного рынка нефти, ведущих к нарушению сложившейся системы ценообразования, а так же усилении роли Китая и Индии, стремящихся занять лидирующее положение в создании ценовых и транспортно-логистических хабов с последующим формированием своих ценовых национальных бенчмарков.

Мировой рынок нефти претерпевает значительные инфраструктурные изменения, в ходе которых происходит перекраивание карты мирового товарного рынка нефти. Эти изменения касаются не только финансовой составляющей мирового товарного рынка нефти в контексте переформатирования структуры ценообразования и системы ценовых индикаторов (бенчмарков) на нефть, но и транспортно-логистической составляющей рынка нефти. Инициируется процесс фрагментации мирового товарного рынка нефти, который повлечет за собой формирование принципиально новых спотовых хабов, формирующих основу для запуска ценовых бенчмарков. В этом направлении лидирует Китай, который предпринимает эффективные меры для увязки финансовых площадок (товарно-сырьевых бирж) с транспортно-логистическими узлами (портами), а другими словами, обеспечения взаимодействия между спотовыми и срочными сегментами (центрами) торгов ли углеводородами.

Действия США и ее союзников привели к неуправляемому ценовому хаосу на мировом рынке энергоносителей и запустили процесс распада мировой системы регулирования и ценообразования на нефть, предполагающей наличие единых ценовых индикаторов (бенчмарков), используемых всеми участниками мирового рынка нефти. Этот «ценовой хаос» объединил страны с разными энергетическими и геополитическими интересами. В результате ценовой турбулентности сформировался непрозрачный «серый рынок», что еще больше усилило ценовую непредсказуемость и напряженность на мировом нефтяном секторе. Эти действия вынуждают ведущие страны, такие как Китай, Индия, Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт, Катар и другие искать пути преодоления ценовой неопределенности и турбулентности, и проводить независимую энергетическую политику с учетом национальных интересов.

Как это не парадоксально сложившаяся вокруг Ирана и Венесуэлы напряженная ситуация создает тактические преимущества для экономики России, которая конкурирует с Ираном и Венесуэлой за китайский и индийские рынки. Благодаря санкционной политике США и западных стран, Россия, Венесуэла и Иран реализуют свою нефть со значительными скидками. Временный уход Венесуэлы с рынка нефти позволил России нарастить объемы экспортируемой нефти в Китай. Аналогичная ситуация может сложиться в случае ограничения и прекращения поставок иранской нефти. Чем меньше венесуэльской и иранской нефти будет поступать на мировой рынок и в частности — основным покупателям Индии и Китаю, тем выше спрос на российскую нефть. Размер скидки на российскую нефть будет сокращаться, что позволит увеличить России доход от экспорта.

В долгосрочной перспективе для России сложившаяся ситуация вокруг Ирана несет существенные риски. Понятно, что США заинтересованы в контроле нефти Ирана с позиции управления ценами на нефть на мировом рынке. Если Западу удастся привести к власти прозападный режим в Иране, то возобновится поток западных инвестиций в нефтяную и газовую отрасли Ирана, что позволит ускорить развитие месторождений с низкой себестоимостью добычи и как результат, увеличит экспорт иранской нефти и газа на мировые рынки, в том числе в страны Европы и Азиатско-тихоокеанского региона.

Нужно констатировать факт, что в России к настоящему моменту так и не была сформирована национальная система оценки российской нефти и соответствующая методология оценки. У России нет национальных ценовых бенчмарков на нефть. Отсутствие национальной системы оценки добываемых в стране углеводородов создает для российской экономики существенные проблемы, включая расчет налоговых и таможенных платежей, а также индексов экспортного паритета и транспортных тарифов. Нужны отечественные ценовые индикаторы на нефть и нефтепродукты на внутреннем и внешнем сегментах российского топливного рынка, рассчитываемые по рыночным методологиям. Запуск принципиально новой системы ценообразования и национальных ценовых бенчмарков на российскую нефть позволит России проводить независимую энергетическую политику, что также повлечет за собой изменения во всей финансовой системе РФ, особенно в налогообложении нефтегазовой отрасли, что может сказаться на наполнении федерального бюджета.