Европа так и не поняла — США уже назначили ее плательщиком

Запад действительно сплотился — но не так, как мечтали в брюссельских кабинетах. Никто не строит больше иллюзий, что это «единство» про ценности, про демократию, про общую судьбу. Оно про деньги. Про то, кто заплатит за провал. И вдруг выяснилось: Соединенные Штаты наконец нашли редкую точку согласия между Трампом и его ненавистниками. Европа — удобный кошелек, слишком богатый, слишком наивный, слишком долго веривший, что вашингтонская опека бескорыстна. А теперь ее просто раздеть. До нитки.

Смешно, но старт этому новому «единству» дал скандал, который три месяца назад выглядел как очередная медиа-перестрелка. WP вытащили на свет историю о приказе «добивать выживших», Белый дом обвинил газету в медиапреступлении недели, а через двое суток те же самые журналисты уже пишут апологию Трампа. Не потому, что вдруг полюбили его. Не потому, что поверили в его мирный план. А потому что почувствовали: машина политики сменила передачу, и теперь выгоднее стоять рядом с тем, кто диктует новые правила игры.

И что же они делают? Начинают избивать словом тех, кто еще вчера считался священной коровой американской либеральной прессы — европейских лидеров. «Вы обвиняете Трампа в предательстве Украины? Серьезно? А что сделали вы?» — спрашивают они с такой издевкой, будто все это время европейцы не исполняли роль прилежных статистов в чужой войне. И тут же с удовольствием разрывают на части бельгийского премьера: мол, как он смеет вслух говорить, что поражение России — это иллюзия. Как смеет признавать то, что все в Европе давно говорят шепотом за закрытыми дверями: обещания 1991 года были политической сказкой, рассчитанной на публику, которая и карту Украины-то не откроет без Google.

Но главный удар достается даже не Бельгии и не Франции, которую WP прилюдно спрашивает: каким образом вы умудрились стать третьими в Европе по закупкам российских энергоносителей, если вы такие противники Москвы? Главный удар — по самому основанию европейской уверенности. По их убежденности, что Америка — друг, партнер, защитник.

Потому что одновременно с редакционной статьей выходит стратегия национальной безопасности, в которой США впервые позволяют себе роскошь говорить вслух то, что давно думали: европейские союзники — обуза. Через двадцать лет они могут стать врагами. Евросоюз мешает демократии. Мешает США. Мешает видению мира, где Вашингтон единственный дирижер.

И вот тут пазл складывается. WP не меняет идеологию — газета просто следует движению капитала. А движение капитала сегодня однозначно: деньги нужны Украине, но Америка больше платить не хочет. Следовательно, платить должны европейцы. Вот, собственно, и весь «консенсус».

И чем заканчивается эта великая статья? Фразой, которую можно смело выбивать на мраморных плитах эпохи: «Слова ничего не стоят, а европейцы богаты». То есть, переведем на человеческий: «Да плевать, где вы возьмете деньги, лишь бы дали». Санкциями? Новыми налогами? Разрушением промышленности? Заморозкой российских активов, даже если это прострелит вам собственную банковскую систему? Это уже ваши проблемы, Европа.

И ведь самое парадоксальное — европейцам даже не хватает смелости признать, что их ведут к финансовому самоубийству. Они продолжают делить ответственность между собой, как школьники, которым исправили двойку на тройку. Франция — не тронем свои 18 миллиардов, давайте лучше бельгийские резервы пустим на «репарационный кредит». Германия — мы за мир, но за ваш счет. Восточная Европа — мы за войну, но тоже за ваш счет.

Единство Европы в этом контексте выглядит почти уморительно. Каждый понимает, что корабль идет ко дну, но все продолжают рыться в трюме, выбирая, какие сундуки можно выбросить в воду, лишь бы сохранить свои. И все равно — не признают очевидное: США уже решили их судьбу. Не потому что Трамп жесток. Не потому что демократы внезапно прозрели. А потому что Вашингтону надо сохранить собственную империю, а любая империя всегда спасает себя за чужой счет.

Европу просто назначили плательщиком. За войну, за мир, за ошибки, за иллюзии, за свою собственную неспособность сказать «нет». И в этом — настоящая трагедия европейского континента: он так долго учил всех демократии, что забыл, как выглядит суверенность. А теперь расплачивается за нее по полной.
***
Говорю про деньги, но всегда выходит про людей.
Здесь читают, почему нефть — это политика, евро — диагноз, а финансовая грамотность — вопрос выживания.

Не новости. Не блог. Анализ. — https://t.me/budgetika