<HELP> for explanation

Блог им. PavelDeryabin

Загадка Фосагро

Ниже я представил подробные данные об этой достаточно непрозрачной компании, с менеджментом, который ранее как то не сильно озадачивался проблемами капитализации компании и ее инвестиционной привлекательности.
Но какие изменения последовали в результате санкций! Я иногда даже думаю, что санкции стоило бы немного усилить, чтобы отечественные компании навсегда стали честными, прозрачными и щедрыми.

А то проходили десятилетия на нашем рынке акций, когда воровство было выгоднее, чем делится с акционерами результатами деятельности.

Фосагро? Да! Его однозначно нужно иметь в портфеле, планы у менеджмента грандиозные, на уровне мировых стандартов



Чистая прибыль «Фосагро» в 2014 г. увеличилась почти в 30 раз, до 27,585 млрд рублей, говорится в отчете компании по РСБУ .

Выручка за год выросла в 8,6 раза, до 38 млрд руб. Себестоимость продаж увеличилась с на 18,1%, до 658,2 млрд руб. Прибыль до налогообложения возросла в 124 раза, до 25 млрд руб.

28 апреля намерен заслушать предложения менеджмента компании по снижению долговой нагрузки и изменению дивидендной политики, предусматривающей увеличение объема чистой прибыли, распределяемой на дивиденды, говорится в сообщении компании.

В настоящее время дивидендная политика «ФосАгро» предполагает выплату акционерам 20-40% от чистой прибыли по МСФО. Компания после проведения IPO сохраняла уровень дивидендных выплат не менее 49% от консолидированной чистой прибыли.

Также 28 апреля совет директоров даст рекомендации годовому собранию акционеров по выплате финальных дивидендов за 2014 год и утвердит повестку собрания.

Годовое собрание акционеров «ФосАгро» состоится 8 июня. Реестр акционеров для участия в собрании будет закрыт по состоянию на 20 апреля.


 

О том, как реализуется стратегия в непростых экономических условиях, как девальвация рубля повлияла на бизнес компании, о новых проектах и планах по выплате дивидендов в интервью «Интерфаксу» рассказал генеральный директор «ФосАгро» Андрей Гурьев.

— «ФосАгро» в 2014 году, как и все экспортеры, получила положительный эффект от девальвации рубля. Насколько итоги года оправдали ожидания менеджмента, и каким вы видите 2015 год?

 

— Объективно, эффект от девальвации все компании ощутили только в последние полтора месяца 2014 года. Несомненно, на финансовые результаты, которые мы объявим в апреле, окажут влияние курсовые разницы. Закрывали 2014 год мы по курсу 56 (руб./$ — ИФ), поэтому отчетность, как и у других компаний, покажет этот негативный эффект.

Несомненно, девальвация рубля приносит нам дополнительный доход от зарубежных продаж, так как выручка у нас сегодня примерно на 70% долларовая. Основной эффект мы ожидаем в 2015 году, и я уверен, что он будет позитивно принят нашими акционерами, и позволит нам посмотреть на какие-то новые возможности по инвестициям в 2015-2017 годах, по изменению долга и дивидендной политики.

 

— Какие-то приобретения планируете в этот период?

 

— Сегодня, наверное, весь рынок, не только российский, но и мировой принял для себя стратегическое решение — развиваться органически, и это видно по количеству новых инвестпроектов в нашей отрасли. Если смотреть объективно на многие российские предприятия, то большинство из них были построены в 70-х, 80-х годах, поэтому с точки зрения устойчивости бизнеса необходимо строить новые мощности. И яркий пример — это наша инвестпрограмма: развитие горно-обогатительного комплекса в Мурманской области и строительство новых производств аммиака, гранулированного карбамида и сульфата аммония в Череповце.

Мы также хотели для переработки аммиака построить новые мощности по производству комплексных (NPK) удобрений. Но сегодняшнее развитие собственной научно-технической базы и «расшивка» действующих мощностей позволили нам увеличить наши гибкие производственные линии по выпуску удобрений, практически без инвестиций, что позволило нам сократить capex до 2017 года. Мы в прошлом году выросли более чем на 5% по NPK и рассчитываем в этом году также значительно увеличить производство.

 

— А на зарубежных рынках вы смотрите активы? Ваши конкуренты — Mosaic, Potash Corp, Yara — в последнее время активны на рынке M&A Бразилии, близка ли вам такая стратегия?

 

— Многие конкуренты купили себе дистрибьюторов, но, наверное, это не совсем правильная стратегия для нас. Я не считаю, что обладание каким-то дистрибьютором гарантирует тебе долю на рынке. Сегодняшнее их количество в той же Латинской Америке позволяет нам гибко и эффективно торговать нашими удобрениями, получать от дистрибьюторов лучшие условия.

Можно смотреть на портовые мощности в Бразилии, чем мы сейчас и занимаемся.

 

— Когда можете объявить о подобных сделках?

 

— Сейчас мы изучаем этот вопрос, насколько эффективны будут инвестиции в эти проекты, насколько они повысят нашу конкурентоспособность, и как скоро они окупятся.

 

— Как «ФосАгро» чувствует себя с точки зрения привлечения заемных средств, рефинансирования долга, в том числе с учетом снижения Moody's корпоративного рейтинга компании?

 

— У компании достаточный объем ликвидности для реализации всех запланированных программ и выполнения своих обязательств перед кредиторами.

Однако вы правы, сложной остается ситуация с рефинансированием. Процентные ставки по кредитам в России сейчас очень высоки, валюта не стабильна — эти явления побуждают международные банки вести себя более осторожно.

Что касается кредитных рейтингов, надо понимать, что Moody's понизило не только суверенный рейтинг РФ, но и рейтинговый потолок для российских компаний. Это означает, что теперь ни одна компания в РФ не может иметь рейтинг Moody's инвестиционного уровня. Снижение рейтинга «ФосАгро» было просто автоматическим действием. К профилю ликвидности и кредитным качествам компании данное действие Moody's не имеет отношения. И если посмотреть на стоимость облигаций, то сегодня влияния на нас это не оказало.

К тому же наш инвестиционный рейтинг S&P остался без изменений, несмотря на снижение суверенного рейтинга. Также поступило и Fitch.

 

— Сталкивалась ли компания с требованиями банков о пересмотре условий действующих кредитов?

 

— Сталкивались. Эта работа идет в ручном режиме — с кем-то договариваемся, с кем-то нет, и приходится рефинансировать, долги становятся дороже. Пока рост не слишком ощутим для нас, в среднем плюс 0,25%-0,3% за последние полгода.

— Сколько вам предстоит погасить и рефинансировать в этом году?

 

— В этом году нам надо погасить $500 млн, из них погасим примерно $250 млн, остальное рефинансируем. Ситуация позволяет нам сегодня снизить долговую нагрузку.

 

— Уточните общий объем капвложений «ФосАгро» на 2015 год. Каково соотношение рублевых и валютных затрат?

 

— На этот год у нас приходится ключевой этап реализации стратегии. В первом квартале мы уже ввели новый склад жидкого аммиака в Саратовской области и производство фосфорно-калийных удобрений в Ленинградской области на 100 тыс. тонн. В Мурманской области в мае запустим главный ствол на Кировском руднике, он позволит увеличить объем добычи на этом руднике с 13 до 16,5 млн тонн апатит-нефелиновой руды в год, заместить выбывающие добычные мощности на других рудниках.

Сapex на этот год запланирован в объеме до 36 млрд рублей, из которых почти 60% в долларах.

При этом мы предусмотрели возможность распределения на последующие периоды до 10 млрд рублей, запланированных на текущий год, в случае ухудшения макроэкономической ситуации.

Также мы занимаемся тем, что все, что можно купить в рублях, стараемся купить в рублях. Сегодня девальвация дает хорошую возможность переориентироваться на российского производителя как с точки зрения покупки оборудования, так и технологий.

 

— Но по ключевым проектам на череповецкой площадке «ФосАгро» работает с иностранными подрядчиками.

 

— Да, новый агрегат аммиака строит международный консорциум во главе с Mitsubishi Heavy Industries Ltd. По карбамиду и сульфату аммония мы пока выбрали только лицензиаров и поставщиков оборудования, проводится тендер среди подрядчиков.

За счет девальвации и нашей работы с подрядчиками мы ожидаем, что нам удастся снизить инвестсоставляющую примерно на 10-15%.

 

— Какой курс доллара заложен в бюджет «ФосАгро» на 2015 г.?

 

— К составлению бюджета затрат мы подходили консервативно. Валютная составляющая оценивалась по курсу 65 руб./$.

 

— «ФосАгро» направила на промежуточные дивиденды в 2014 году 5,83 млрд рублей — то есть почти всю чистую прибыль за 9 месяцев прошлого года. Собирается ли компания выплачивать итоговые дивиденды за прошлый год?

 

— Как я уже говорил, на финансовый результат компании оказала негативное влияние переоценка кредитов в иностранной валюте. Но эта переоценка затронула денежный поток не в полном объеме. Совет директоров рассмотрит вопрос выплаты дивидендов по итогам 2014 года в конце апреля.

 

— Закрыла ли компания сделку с чешской EGAP по финансированию карбамидного проекта в Череповце?

 

— Нет, но мы с EGAP работаем, и если бы не ситуация середины ноября — декабря, когда вся финансовая система была в стрессовом состоянии, все бы уже давно было сделано.

В данный момент мы находимся на завершающей стадии переговоров. Переговоры идут непросто. Рассчитываем, если все получится, закрыть сделку в первой половине текущего года.

 

— Как вы оцениваете текущую ситуацию на российском рынке?

 

— Сегодня, в краткосрочной перспективе, мы видим стабилизацию цен на нефть, восстановление денежной ликвидности. Мы ожидаем снижения ставки и по рублям, и по долларам. Наблюдаем за инфляцией — думаю, что в конце первого квартала она также будет меньше, чем в январе-феврале. Тем не менее, мы продолжим активно следить за изменениями на нефтяном рынке, которые будут являться ключевым индикатором, определяющим динамику рубля к другим валютам.

Что касается санкций со стороны США, то мое мнение, что эти санкции навсегда, или на очень долгую перспективу, как было в случае с поправкой Джексона — Вэника. Одни барьеры снимаются, сразу же находятся поводы для установления новых. Это происходит как непосредственно против России, так и против российских компаний.

Создаваемая трансантлантическая зона свободной торговли между США и Европой является еще одним дискриминационным звеном для рынков, не входящих в нее. И с последствиями этого объединения нам еще предстоит столкнуться.

 

— Вы уже столкнулись с каким-либо противодействием из-за санкций, помимо сложностей с привлечением финансирования?

 

— Российские производители удобрений во всем мире сталкиваются с этим противодействием в виде импортных пошлин на свою продукцию. Из 100 стран мира, которые покупают удобрения «ФосАгро», в 20 действуют те или иные заградительные барьеры.

Например, в Европе действует пошлина 6,5% против российских удобрений. Мы разговариваем с Брюсселем, пытаемся донести: вы же сами дискриминируете своего же фермера: с одной стороны, вы тратите большие деньги на его поддержку, а с другой, берете и выключаете конкуренцию на рынке, лишая своих фермеров высококачественных удобрений из России.

Многие нас слышат, и работа шла достаточно успешно в этом направлении, буквально до введения санкций против РФ. Сейчас эта работа встала полностью. Но мы руки не опускаем, считая, что это важный и принципиальный момент как для нас, так и для европейских сельхозпроизводителей.

 

— Расскажите про ваш логистический проект в России — «Смарт Балк Терминал» в Усть-Луге.

 

— «Смарт Балк Терминал» в промышленную эксплуатацию запускаем в ближайшее время, рассчитываем переваливать через него 1,5-1,8 млн тонн наших удобрений. Теперь мы можем грузить суда типа Panamax, что снижает стоимость фрахта, особенно для азиатского региона.

Второй проект, который сейчас также реализуется в Усть-Луге, это наша совместная работа с «Европейским серным терминалом» (ЕСТ). Они под нас строят складские мощности, первую «нитку» — на 100 тыс. тонн — планируется запустить летом. Через этот терминал мы будем грузить и продавать от 1 млн и выше тонн удобрений с возможностью погрузки Panamax, а также бесплатного хранения нашего товара. Это даст нам дополнительную гибкость в продажах, возможность накапливать разные марки удобрений, делать комплексную загрузку судов. Мы будем готовы оперативно удовлетворить запросы практически любого покупателя в любой точке мира.

Плюс сейчас идет расширение Мурманского порта, где мы грузим и апатитовый концентрат, и минеральные удобрения. Я думаю, что через эти три терминала мы будем переваливать основной объем продукции.

 

— В ноябре вы объявили, что с точки зрения продаж компания будет фокусироваться на премиальных рынках — Латинской Америке и Европе. Когда заработают собственные трейдеры «ФосАгро» в этих регионах? Какой объем продаж запланирован на 2015 год?

 

— В настоящее время мы завершили регистрацию европейского трейдера в Швейцарии — PhosAgro-Trading s.a. Это будет своеобразная «штаб-квартира» всех наших экспортных продаж как в Европе, так и в Латинской Америке, где будет открыто его представительство. Сейчас идет формирование штата.

Офис в Латинской Америке, думаю, заработает в ближайшее время, идет согласование юридических моментов.

Объемы поставок запланированы на уровне прошлого года — суммарно в пределах 2,5-2,7 млн тонн всех видов удобрений, хотя объемы могут быть скорректированы в пользу поставок на другие рынки (в ту же Индию).

 

— Какая сейчас ситуация в Индии? В прошлом году вы туда не поставляли, в этом планируете?

 

— Индия с приходом нового правительства удивила весь мир. Действительно, у всех огромные ожидания от этой страны. Если не ошибаюсь, впервые за последние 30 лет в Индии правящей партией формируется правительство большинства. В стране идут колоссальные реформы: открываются новые возможности для инвесторов. Плюс падение цен на нефть буквально за один день сделало их дефицитный бюджет профицитным. Поэтому мы ожидаем роста субсидий на покупку минеральных удобрений в районе 8-10%. И большая часть этих субсидий пойдет именно на фосфор и калий.

Последний год для Индии был, наверное, самым плохим с точки зрения внесения удобрений, склады оказались пустыми, и Индия наращивает объемы импорта очень большими темпами.

В результате сегодня цена на DAP в Индии выше, чем в Латинской Америке — в пределах $480-490/т, CFR. Я думаю, что Индия будет достаточно хорошим рынком на протяжении всего этого года. Объективно вторым будет Латинская Америка. Есть проблемы в Европе, они характеризуются на данный момент ощутимым падением евро. Так как цены на удобрения в долларах, им стало дороже покупать удобрения.

 

— Как себя сейчас ведут мировые цены на удобрения, какую динамику ждете в целом по году?

 

— По фосфорным удобрениям — после роста цен в конце прошлого — начале текущего года в настоящий момент идет небольшая коррекция, как следствие завершения сезона на рынках Европы и Северной Америки. Однако во втором и третьем квартале активизация сезонных работ на самых крупных рынках сбыта — в Индии и Бразилии — будет способствовать возобновлению положительной ценовой динамики.

Есть определенные опасения по ценам на аммиачную селитру, карбамид, так как было введено достаточно большое количество мощностей. Опять же Китай очень активно экспортирует карбамид, и себестоимость у китайцев значительно упала, так как они большую часть карбамида делают через газификацию угля, цены на который сейчас достигли очередного дна. Поэтому, я думаю, что рынок по азотным удобрениям будет достаточно слабым.

Что касается ожиданий по калию, здесь основным фактором будет являться Potash Corp., потому что эта компания на протяжении последних полутора лет сидела и надеялась, что «Уралкалий» (MOEX: URKA) с «Беларуськалием» вернутся к партнерству. Сегодня мы видим, что это практически невозможно, идет большая конкуренция между двумя компаниями за рынок, за сбыт, а Potash Corp. расширила мощности на 4-4,5 млн тонн за последние 5 лет, плюс старые были еще недозагружены примерно на треть. Конечно, часть этих объемов может быть абсорбирована возможным увеличением потребления в Индии и странах Азии, но ощутимого давления на рынок избежать вряд ли удастся.

 

— Какие у вас ожидания по российскому рынку на 2015 год? Сохраните ли вы объемы продаж с учетом заморозки цен для российских аграриев?

 

— На внутреннем рынке мы пока работаем по планам 2014 года, и еще не столкнулись с резким падением спроса. В апреле запланирована поставка на внутренний рынок 120 тыс. тонн, что является очень большой цифрой. Фактические объемы отгрузки по году будут зависеть от платежеспособности аграриев, от того насколько доступны для них будут кредитные ресурсы.

Мы хорошо понимаем экономику сельхозпроизводителя, и хочется сказать, что те российские производители сельхозпродукции, которые занимаются правильным, я бы сказал, системным производством, сейчас не бедствуют. Они рентабельны, контролируют свою себестоимость. Я думаю, что в этом и есть будущее российского сельского хозяйства. Как правило, это крупные холдинги или фермеры с земельными ресурсами от 30 тыс. га, что позволяет им делать инвестиции в аграрный сектор эффективными, а бизнес устойчивым и прибыльным в условиях сильной волатильности внешних рынков. Это та модель, которая существует сегодня в Латинской и Северной Америке. Именно на такие компании, на мой взгляд, необходимо делать ставку, помогать им, субсидировать.

Нельзя увеличивать поддержку неэффективных сельхозпроизводителей, руководствуясь даже благими социальными намерениями. В рыночных условиях должны выживать сильнейшие и эффективные игроки.

 

— Продолжает ли сейчас компания переговоры с поставщиками сырья для NPK о предоставлении скидок, чтобы частично компенсировать потери от заморозки цен для российских аграриев?

 

— Да, продолжаем обсуждение, было несколько совещаний в РАПУ и Минпромторге. ФАС разработала методику их расчета. Если мы идем по пути заморозки цен на удобрения для внутреннего рынка, то, я думаю, по всем входящим компонентам также необходимо дать скидку. Для нас это калий, сера и аммиак. Допустим, на той же балаковской площадке наше производство полностью зависит от «Тольяттиазота» (MOEX: TLAZ) по поставкам аммиака.

 

— У вас с «Уралкалием» лучшие условия контракта среди всех «сложников». Вы не боитесь, что, добиваясь сейчас скидок на хлоркалий, получите обратный эффект?

 

— Не боюсь. Наша работа и с предыдущим менеджментом «Уралкалия», и с сегодняшним менеджментом достаточно конструктивна.

Смысл скидки на сырье — поставить всех производителей удобрений как интегрированных, так и неинтегрированных, в равные условия.

 

— Ваш контракт с «Уралкалием» действует до конца 2017 года. В 2017 году «ЕвроХим» (MOEX: EVHM) планирует начать свое производство хлоркалия. Интересно ли «ФосАгро» диверсифицировать источники сырья, обсуждаете ли поставки с «ЕвроХимом»?

 

— Обсуждаем. Думаю, что можем и на их калий перейти. Все зависит от того, введут они мощности или не введут. На данный момент они планируют это сделать.

 

— Есть ли у основных акционеров планы по увеличению доли в «ФосАгро»?

 

— Насколько я знаю, в настоящий момент таких планов нет.

 

— Рассматриваете ли вы buyback для поддержания котировок компании или возможность проведения SPO для увеличения free float?

 

— Я постоянно говорю инвесторам и пытаюсь обратить на это их внимание: мы в сравнении с нашими зарубежными конкурентами — существенно недооцененная компания. Консенсус-прогноз аналитиков по нашим GDR — $15,4 в сегодняшней ситуации, а дальше нужно проанализировать тот эффект от девальвации, который сегодня получают экспортеры.

Отвечая на ваш вопрос, будут ли сделки с рынком или SPO — до тех пор, пока мы эту ситуацию не пробьем, я считаю это неэффективным. Но в 2014 году мы доросли до $13 за GDR, и этот год очень хорошо начали, учитывая санкции и всю ситуацию.

Поэтому я ожидаю стабилизации геополитической ситуации и, конечно, инвесторы обязательно вернутся на российский фондовый рынок, и снова станут обращать внимание на фундаментальные факторы индустрии и сильные стороны компании. Но могу сказать, что и сейчас наши акции покупают и американские фонды, не боясь никаких санкций, и английские, и азиатские.

 


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

Залогиниться

Зарегистрироваться
....все тэги
Регистрация
UP