Список проголосовавших за комментарий "Виталий Козлов, <br/> <br/> Ну был короткий безвизовый период, когда посещение Европы проходило в составе военных подразделений. <br/> В остальном свобода выглядела примерно так:<br/> <p>Чтобы получить заветный штамп, требовалось собрать кучу документов. От выезжающих требовалась подробнейшая анкета, которая служила первым фильтром – выезд могли запретить из-за наличия родственников за границей, неправильного происхождения или национальности, а также если советский человек оказывался хоть самую малость причастен к государственной тайне, которой в советские годы объявлялось очень многое.</p><p>Затем надо было получить рекомендации от трудового коллектива, партийной или комсомольской организации. Неплохо работали рекомендации от научных институтов, спортивных обществ и ветеранских организаций – в общем, чем больше, тем лучше.</p><p>И наконец все хлопоты завершала комиссия в райкоме партии. Там могли попасться въедливые люди, убежденные, что даже поездка на черноморское побережье Болгарии требует знания решений последнего съезда КПСС, имени и фамилии главы компартии Франции, подробного рассказа о том, как народ Кубы борется за свою свободу, и идеологически верных суждений о конфликте в Палестине. Любая ошибка или сомнение влекли решительный отказ. Возможность апелляции для простого человека, если он не был партийным функционером, ученым с мировым именем или прославленным спортсменом – полностью отсутствовала: отказали так отказали.</p><p>Относительной свободой выезда из СССР обладали только евреи, но только один раз. Поскольку считалось, что они эмигрируют в Израиль – свое национальное государство, запрет на выезд наносил слишком большой ущерб международному престижу СССР. Поэтому выезд евреев разрешили, однако обставили множеством ограничений. С 1965 года разрешалось выпускать не более 1500 человек в год (в 1970 году квоту увеличили до трех тысяч), при этом не выпускали допущенных к государственным тайнам, деятелей науки и искусства.</p>"