Список проголосовавших за комментарий "А сама статья из FT еще лучше. Легко гуглится даже для тех, у кого нет платного доступа к FT.<br/> <br/> «Самые мудрые слова, которые я слышал в этом году о развитых демократиях мира, исходили от призрака. Алекс Янгер, уходящий в отставку глава британской секретной службы, предупредил о чрезмерной реакции на попытки России и других стран подорвать западные общества. Конечно, подобные агентства должны противодействовать таким операциям. Но в Москве проблемы не начинаются и не заканчиваются.<br/> <br/> Отступление от демократии — это привилегированная история нашего времени. Вы можете понять почему. Куда бы вы ни посмотрели, лидеры-самопровозглашенные «сильные личности» свысока смотрят на либеральные ценности. Продвижение демократии в раннюю эпоху после холодной войны стало отступлением. К бесстыдным авторитарным политикам, таким как российский Владимир Путин и китайский Си Цзиньпин, присоединились нелиберальные националисты вроде турецкого Реджепа Тайипа Эрдогана и индийского Нарендры Моди.<br/> <br/> У ЕС есть свой, пусть и карманный, диктатор в Венгрии Виктор Орбан. Правящая Польская Партия права и справедливости была расследована властями ЕС на предмет подрыва независимости судей. Популистские партии потрясли элиты истеблишмента по всей Европе. Что еще хуже, самая могущественная демократия в мире в президенте Дональде Трампе испытывает недостаток без оправдания в своем пренебрежении к верховенству закона.<br/> <br/> Неудивительно, что усилия режима г-на Путина по подпитке раскола путем распространения дезинформации и поддержки крайне правых и крайне левых экстремистов вызывают большое возмущение. То же самое касается очевидной решимости Пекина сочетать жестокие политические репрессии в своей стране с постоянными кибератаками на западные компании и государственные учреждения. Не всегда ясно, устоит ли демократический центр.<br/> <br/> После целой жизни борьбы с такими вторжениями сэр Алекс осознает опасность. Но, как он сказал в интервью Financial Times, не следует путать внутренние проблемы с внешними угрозами. Возьмем, к примеру, г-на Путина: «Я думаю, что здесь действительно важно избежать двух ошибок: первая — сделать за них работу России, сделав ее хуже; Я не видел ни одного случая в Великобритании, где бы эти вещи имели стратегическое значение. Во-вторых, я считаю, что мы должны соблюдать пропорции в этих вещах. Русские не создали то, что нас разделяет — мы создали.<br/> <br/> «Мы сделали это» — это мысль, за которую следует цепляться при любом обсуждении того, как демократии могут вернуть доверие своих граждан. Часто говорят, что мир переживает момент Фукидиана, когда власть переходит от Соединенных Штатов к растущему Китаю, что усиливает напряженность, например, между Афинами и Спартой в пятом веке до нашей эры.<br/> <br/> Это тревожное изменение дало автократам, таким как г-н Путин, возможность разрушить и оспорить представления о либеральной политике и открытых рынках после окончания холодной войны. Все это правда. Но, как предлагает сэр Алекс, тем, кто ищет первопричину пороков демократии, следует начать исследования поближе.<br/> <br/> Финансовый кризис 2008 года стал отправной точкой. На мой взгляд, историки сочтут крах банковской системы и последовавшую за ними рецессию самым значительным геополитическим событием первых десятилетий века. С одной стороны, он лишил запад значительной части своего положения среди развивающихся государств мира. Самым главным был ущерб, нанесенный дому. Неравенство и недовольство, которыми с тех пор воспользовались г-н Трамп и его товарищи-демагоги, не возникли в одночасье. Но этот крах кристаллизовал накопившуюся несправедливость, вызванную невмешательством капитализма, технологическими потрясениями и глобализацией.<br/> <br/> Послевоенная политическая стабильность была основана на рынке. В Соединенных Штатах это называлось американской мечтой; в Европе — социальная рыночная система. Рыночная экономика предложит широкий спектр повышения уровня жизни и возможностей. Система давала сбой до сбоя. Политическая и бизнес-элита нанесла последний удар программами жесткой экономии, которые вынудили жертв расплачиваться за банкиров. Попутно они разрушили ауру неизбежности, некогда придаваемую свободной рыночной экономике Вашингтонским консенсусом.<br/> <br/> Восстановление доверия требует политики, которая ценит общественное достояние и меняет баланс государственной политики в отношении расходов, налогов, конкуренции, образования и социального обеспечения для расширения возможностей. Это будет показатель, с помощью которого разочарованные граждане оценят среднесрочные экономические меры реагирования на пандемию. В той степени, в которой Covid-19 дискриминирует своих жертв, помимо очевидного разрыва между молодыми и старыми, издержки ложатся на менее обеспеченных и наиболее уязвимых.<br/> <br/> Странно то, что, несмотря на всю свою браваду, автократы и деспоты глубоко осознают силу, присущую демократии. Они также ценят хрупкость авторитарных режимов. Если Запад осужден как декадентский, сильные мира сего не видят, как Запад размахивает знаками, призывающими к уменьшению свободы. Путин живет в страхе перед «цветными революциями». Си настаивает на том, чтобы все новые партийные чиновники знали, что, если они высоко оценит демократию, они вызовут подавляющее стремление к свободе.»"