Евгений Ш., спасибо за показательный кейс из практики! Вы в точности подтвердили то, о чем я писал в статье.
Обратите внимание на три ключевых нюанса вашего опыта, которые как раз и делают погоду на рынке:
1. Сумма объема. Вы сдавали 400$. Для кассира крупного банка это «пыль», из-за которой никто не будет поднимать инструкции и перестраховываться. Совсем другая история начинается, когда инвестор заходит в кассу с объемом от 10 000$ – 20 000$. Вот на подобных суммах банки включают комплаенс на полную мощность, потому что остаться с таким объемом неликвида на балансе они не хотят.
2. Год серии. Вы сдавали 2006 год — это самые беспроблемные купюры из «старых». Основной удар дискриминации приходится на серии 1996–2001 годов (с маленькими портретами и старыми степенями защиты), которые чаще всего подделывались.
3. Отказы банков. То, что вам с ходу отказал Фора-Банк (который исторически очень активно крутится в валютном розничном обороте Москвы), а СДМ-Банк заложил комиссию — это и есть тот самый латентный кризис наличного рынка, о котором обычные обыватели не догадываются, пока сами не столкнутся.
Так что ваш опыт — отличный маркер: чистый, поздний «белый» доллар в мелком объеме в Москве сдать еще можно. Но общая тенденция по рынку (особенно в регионах и с крупными суммами) остается глубоко заградительной.
Евгений Ш., в теории и на бумаге — да, Сбербанк обязан принимать все подлинные купюры. Но дьявол, как всегда, кроется в практическом комплаенсе и внутренним инструкциям, которыми руководствуется кассир.
Попробуйте прийти в региональное отделение (да и во многие московские) со старым «белым» Франклином 1996 года, на котором стоит хотя бы один микроскопический штамп ближневосточного банка-дистрибьютора (а таких купюр в заначках сейчас процентов 40), или если есть легкая потертость на сгибе. Кассир мгновенно определит такую купюру в категорию «ветхих».
А так как у крупных банков сейчас полностью заблокирована логистика по отправке ветхой валюты на инкассо в страну-эмитент, вам либо просто откажут по причине недостатков на купюрах, либо выставят такой заградительный дисконт, что процедура потеряет экономический смысл.
Крупные банки сейчас перестраховываются жестче всех, потому что им этот неликвид банально некуда девать со своего баланса.
Alexander, абсолютно верно. Касаемо подделок — кассиры в том же Дубае или Турции просто перестраховываются. Серия 1996 года в свое время была лидером по качественным суперфальшивкам (вспомнить те же ближневосточные или северокорейские тиражи), и рядовому сотруднику обменника проще отказать туристу, чем брать на себя материальную ответственность, если старый детектор пропустит брак.
А про «стеклянную банку» — тут чистая психология: наличная валюта внутри РФ сейчас стала замкнутой экосистемой. Раз легального экспорта неликвида на инкассо в США больше нет, банки берут только то, что смогут гарантированно продать следующему клиенту в кассе. А следующий клиент, начитавшись форумов, требует исключительно «синие» банкноты. Вот круг и замкнулся.
Обратите внимание на три ключевых нюанса вашего опыта, которые как раз и делают погоду на рынке:
1. Сумма объема. Вы сдавали 400$. Для кассира крупного банка это «пыль», из-за которой никто не будет поднимать инструкции и перестраховываться. Совсем другая история начинается, когда инвестор заходит в кассу с объемом от 10 000$ – 20 000$. Вот на подобных суммах банки включают комплаенс на полную мощность, потому что остаться с таким объемом неликвида на балансе они не хотят.
2. Год серии. Вы сдавали 2006 год — это самые беспроблемные купюры из «старых». Основной удар дискриминации приходится на серии 1996–2001 годов (с маленькими портретами и старыми степенями защиты), которые чаще всего подделывались.
3. Отказы банков. То, что вам с ходу отказал Фора-Банк (который исторически очень активно крутится в валютном розничном обороте Москвы), а СДМ-Банк заложил комиссию — это и есть тот самый латентный кризис наличного рынка, о котором обычные обыватели не догадываются, пока сами не столкнутся.
Так что ваш опыт — отличный маркер: чистый, поздний «белый» доллар в мелком объеме в Москве сдать еще можно. Но общая тенденция по рынку (особенно в регионах и с крупными суммами) остается глубоко заградительной.
Попробуйте прийти в региональное отделение (да и во многие московские) со старым «белым» Франклином 1996 года, на котором стоит хотя бы один микроскопический штамп ближневосточного банка-дистрибьютора (а таких купюр в заначках сейчас процентов 40), или если есть легкая потертость на сгибе. Кассир мгновенно определит такую купюру в категорию «ветхих».
А так как у крупных банков сейчас полностью заблокирована логистика по отправке ветхой валюты на инкассо в страну-эмитент, вам либо просто откажут по причине недостатков на купюрах, либо выставят такой заградительный дисконт, что процедура потеряет экономический смысл.
Крупные банки сейчас перестраховываются жестче всех, потому что им этот неликвид банально некуда девать со своего баланса.
А про «стеклянную банку» — тут чистая психология: наличная валюта внутри РФ сейчас стала замкнутой экосистемой. Раз легального экспорта неликвида на инкассо в США больше нет, банки берут только то, что смогут гарантированно продать следующему клиенту в кассе. А следующий клиент, начитавшись форумов, требует исключительно «синие» банкноты. Вот круг и замкнулся.