Список проголосовавших за комментарий "У тех, кто занимается «типа фундаментальной наукой» — по деньгам все получается именно так, а то и меньше, по крайней мере у нас в провинции. Но выхлопа с их «работы» нет, или почти нет. Десяток отчетов о проделанной работе в год, несколько статей, мало связанных ни то, что с наукой, а даже с реальностью за стенами кафедры. Работа далеко не на износ, даже не «с восьми до пяти», а скорее с 10 до пока не надоест. Больше времени, чем на такую «науку» уходит на интриги внутри кафедры, вплоть до написания доносов друг на друга ректору, и жалобы на тяжелую научную жизнь всем, кто готов слушать. После десяти лет такой «научной деятельности» при предложении человеку перестать страдать фигней за копейки, а пойти в «прикладники» — решать действительно интересные и нужные задачи, где итогом работы будет осязаемый результат — в глазах человека появляется страх, а на губах — лепет о том, что может быть, когда нибудь его работа кому-то может пригодиться… Хотя по интонации понятно, что сам человек в это даже близко не верит.<br/> <br/> Прикладники зарабатывают уже прилично — начиная от полтинника и выше, естественно не младшие научные сотрудники, а только став настоящим специалистом. А стать им просто пописывая статейки не получится — это работа, прежде всего — тяжелая работа над собой. Если такая работа не в радость — то нехрен в прикладную науку и лезть — даже за деньгами. На интриги и очковтирательство тут у человека не остается ресурса от слова вообще. <br/> <br/> И ещё есть третья категория. Это прикладники в институтах, результаты исследований которых нужны «уже вчера», причем нужны для выполнения заказов руководству крупных компаний, работающих или с ростехом, или с крупной нефтянкой, или с РЖД и т.п. Тут зарплата старшего научного сотрудника, превышающая 100труб — дело не частое, но и не слишком удивительное. Но и работа тоже — отнюдь не телефон охранять. И ответственность тоже. "