Список проголосовавших за комментарий "<p>Петр был теперь заперт на ключ. Тут он все понял:… Тогда он понял, что все кончено.</p><p> </p><p>как покинутое дитя.</p><p>– За что?...</p><p> </p><p>– Давай-ка!…</p><p>– А?</p><p>– Тащи, тащи!…</p><p>«Ту-ту-ту», – топотали в темноте ноги.</p><p>– Веревку!…</p><p>– Где она?…</p><p>– Давни ошшо…</p><p>«Ту-ту-ту», – топотали в темноте ноги; и перестали топотать; в глубоком безмолвии тяжелые слышались вздохи четырех сутулых, плечо в плечо сросшихся спин над каким-то предметом; потом явственный такой будто хруст продавливаемой груди; и опять тишина…</p><p>«Ту-ту-ту», – затопотали в темноте ноги ____________________</p><p>____________________</p><p>___________________</p><p>____________________</p><p>что какое-то бледное над ним склонилось лицо, темным покрытое платом; и с того лица на его грудь капали слезы, а в вознесенных руках этого грустного лица, как водруженное распятье, медленно опускалось тяжелое серебро.</p><p>– «Родненькая сестрица», – пронеслось где-то – там.</p><p>– «Почий, братец», – отозвалось оттуда. Она ему еще живому прикрыла глаза; он отошел; он больше не возвращался…</p><p>В хмуром, едва начинающемся рассвете, на столе плясало желтое пламя свечи; в комнатушке стояли хмурые, беззлобные люди, на полу же – судорожно дышало тело Петра; без жестокости, с непокрытыми лицами они стояли над телом, с любопытством разглядывая то, что они наделали: и смертную синеву, и струйку крови, сочившуюся из губы, прокушенной, верно, в горячке борьбы.</p><p>– Жив ошшо…</p><p>– Дыхает!</p><p>– Давни-ка ево…</p><p>Простертая женщина накрыла его серебряным голубем.</p><p>– Оставь: он, ведь, – наш братик!</p><p>– Нет, ён придатель, – отозвался из угла Су-хоруков, свертывая цигарку.</p><p>Но она обернулась и укоризненно сказала:</p><p>– Ведь ты не знаешь: а може и он – братик. И стоял кругом соболезнующий шепот:</p><p>– Сердешный!</p><p>– Не додавили…</p><p>– Коншается!</p><p>– Сконшался!</p><p>– Царства ему небесная!…</p><p>– Заступы-то готовы?</p><p>– Готовы.</p><p>– А куда?</p><p>– А на агород.</p><p>И явственный из угла опять-таки дошел голос: – Еттой я ево сопсвеннай ево палкай, которую он у меня в дороге вырывал.</p><p>Одежу сняли; тело во что-то завертывали (в рогожу, кажется); и понесли.</p><p>Женщина с распущенными волосами шла впереди с изображением голубя в руках…</p><p>____________________</p><p>Утро стояло свежее: лепетали деревья; пурпуровые нити перистых тучек, ясная кровь, проходили по небу ясными струйками.<br/> <br/> 1909</p>"