Список проголосовавших за комментарий "Steel Bet, ну и частный пример, чтобы не быть голословным:<blockquote><p><a href="/r.php?u=https%3A%2F%2Fwww.sport-express.ru%2Ftennis%2Fatp%2Freviews%2Froditeli-tennisista-daniila-medvedeva-o-tom-kak-on-vyros-v-mirovuyu-zvezdu-i-sopernika-nadalya-po-finalu-us-open-chast-2-1625800%2F&s=4279203303">Ольга</a> рассказывает, что при входе в лицей висит карта мира, где флажками отмечено, где живут и работают его бывшие ученики, добившиеся успехов. Даниила там вроде как нет. Во-первых, физматшколу он не закончил — два последних класса «добивал» экстерном. А во-вторых, триумф пришел к нему в спорте, а не в науке.</p><p>Когда после девятого класса не было иного выбора, как забирать Даню из лицея, и родители туда пришли, классный руководитель даже не знал об успехах Медведева. Слышал только о факте, что тот занимается теннисом. И советовал не уходить. Говорил: отсюда, мол, вы гарантированно поступите на мехмат МГУ.<br/> <br/> </p><p>Когда настало время задуматься о высшем образовании, Даниил пошел по не самому стандартному для спортсмена пути, записавшись на подготовительные курсы МГИМО, а потом и поступив в сам институт. Медведевы хотели продолжать совершенствовать язык — да и престижный вуз недалеко от них находился. Жили они к тому времени уже на юго-западе Москвы.</p><p>Учил Даня, кстати, не только английский, но уже и французский — во французском культурном центре по выходным. А в МГИМО взял его вторым языком.</p><p>«К тому времени мы уже понимали, что скорее всего, уедем во Францию», — призналась Ольга.<br/> <br/> </p><p>Так и произойдет. Но прежде он отучится год в институте — на платном отделении, поскольку вечернего бесплатного в МГИМО не было. Тут-то и пойдут успехи в теннисе, и Даниил после первого курса напишет заявление об уходе по собственному желанию, которое дает право в течение пяти лет восстановиться. Оставили лазейку, воспользоваться которой, видимо, уже не будет суждено.</p><p>«Одновременно с МГИМО он поступил еще в два университета — РГУФК по специальности «тренер по теннису» и в экономико-статистический институт на заочное отделение, — добавляет Сергей. — Два из них закончил. В любом случае нельзя было оказаться без высшего образования».<br/> <br/> </p><p>Сергей:</p><p>— В какой-то момент эта жизнь вслед за Даней захватила и нас. Турниры, новые знакомства, поездки в разные страны...</p><p>Ольга:</p><p>— А потом уже и интерес рейтинга, который обновляется каждую неделю. Для чего был важен рейтинг по юношам? Потому что в течение четырех лет можно было получать стипендию Ельцина. Мы узнали, какие для этого нужны условия: по своему году рождения ты должен быть в четверке лучших теннисистов России. Поставлена задача — ее нужно выполнить! Не хватает очков — ездишь на какие-то дополнительные турниры. В общем, все четыре года он эту стипендию Ельцина брал.</p><p>Стипендия составляла 15 тысяч долларов минус 13 процентов и еще 10 процентов — тренеру. «Кроме того, это внимание, — добавил отец. — Федерация тебя уже видит. Стипендия Ельцина не зависит от того, любит она тебя или нет, какие с кем отношения. Если в возрасте с 14 до 18 лет ты по рейтингу входишь в топ-4, то получаешь ее автоматически. Ее платит фонд первого президента России».</p><p>Это была немалая поддержка для семьи. Потому что за все остальное не платили никакие спонсоры. Только Сергей Медведев.</p><p>«До 14 лет сумма была для меня незаметной, — рассказывает папа теннисиста. — Потом все меняется. Постепенно увеличивается количество международных турниров, когда мальчик должен летать все время или с мамой, или с кем-то еще. Нужно платить дополнительно за индивидуальные занятия, за корты, за тренера. Желательно, чтобы тренер ездил на турниры. Сумма становится чувствительной.</p><p>Плюс со временем мне становилось все труднее зарабатывать деньги. Ты себя в бизнесе уже почти исчерпал, а появляются новые, молодые, которые тебя в конце концов опередят. В каком-то возрасте нужно становиться чиновником, руководителем, чтобы сохранить тот уровень, которого достиг как бизнесмен.</p><p>Чем дальше у Дани шел теннис, тем больше я забрасывал работу. Когда ему было 15-16 лет, вообще ее забросил, и партнер, с которым мы работали десять лет, в конце концов просто сказал: «Давай заканчивай. Я тебя дальше в деле не вижу».<br/> <br/> <br/> </p><p>Слова мужа подхватывает Ольга:</p><p>— Теннисный путь — очень длинный, и по мере продвижения требуется все больше вложений, а шансов на успех — все меньше. Единственным спонсором у Дани был папа, и если бы не Сергей, теннис у него давно бы прекратился. И как бы ему сложно ни было, он никогда не стонал.</p><p>Уже годам к 16 я ездила на все эти турниры. И сделала вывод, что во взрослый теннис не пробиться, а играют все хорошо уже в 18 лет. Тысяча человек — и все в порядке. Все уже всему научились. И думаешь: как можно пробиваться без связей?!</p><p>Мы видели много мальчиков и девочек, которых родители отправляли за рубеж в именитые академии. За большие деньги. И это заканчивалось ничем. Мы сделали вывод, что так происходит потому, что их туда отправляют одних, без семьи, в таком юном возрасте. И мы поняли, что, если уезжать, то всем вместе.</p><p>— Это непросто, все время должна быть поддержка, — подхватывает Сергей. — Даже если бы я находился на работе и платил деньги таксисту, нанял бы его персонально, чтобы Даню возил, — это было бы другое. Все равно не та атмосфера в машине — а там ему приходилось проводить много времени, — которая бывает с родными людьми. За рулем папа, машина своя, ты можешь есть, не боясь что-то испачкать. Можешь спать — да что угодно делать. Тебя везут туда-обратно, под тебя подстраиваются, тебе создают максимальные условия, тебя ждут, нет никакого недовольного взгляда...</p><p>И тогда они решили — оставшись в России, следующего шага наверх сын сделать не сможет. И рискнули перевернуть всю свою жизнь. Ради него.</p><p>«Я не жадный, — говорит Сергей. — Могу все истратить на детей, на друзей. А потом начать новую жизнь».</p><p>«Сейчас уже поздно», — добавляет Ольга.</p><p>Но ведь все-таки начали.</p><p>Спрашиваю Медведевых, был ли какой-то момент отчаяния. Следует обмен короткими, но об очень многом говорящими фразами.</p><p>— Был, — отвечает Сергей. — Связан как раз с финансами. Мы вынуждены были продать нашу квартиру в Москве, чтобы продолжать тренироваться.</p><p>Ольга: «А еще одну продали, чтобы переехать во Францию».</p><p>Сергей: «Как только отказали эти спонсоры, мы тут же поехали и продали квартиру».</p><p>Елена: «Папа даже в этот момент не терял веры».</p><p>Уточняю у Сергея: или показывали, что не теряете? Он отрезает: «Нет. Если я иду, то меня уже не остановишь».</p><p>Спрашиваю, можно ли, оставаясь в России, стать топ-теннисистом. Сергей категоричен: «Невозможно».</p></blockquote>"