Список проголосовавших за комментарий "<p>«Речь фактически идет о потенциальном нарушении договора о запрещении разработки химического оружия, на котором основана ОЗХО. Конвенция устроена таким образом, что вопросы потенциального ее нарушения должны подниматься одной из сторон договора. Без инициации процесса со стороны какой-либо из стран ОЗХО не будет ничего делать. Если такой процесс будет инициирован, специалистами ОЗХО может быть организована инспекция по запросу.<br/> <br/> Кроме того, может начаться дискуссия по этому вопросу в Секретариате директивных органов — скорее всего, так оно и будет. Это, очевидно, будет обсуждаться во время второй части конференции стран-членов, которая будет проходить в апреле. Там же, конечно, будет обсуждаться и Сирия, так что можно ожидать очень горячую дискуссию.<br/> <br/> Что же может сделать ОЗХО? Существует недавно созданная <a href="/r.php?u=https%3A%2F%2Fwww.opcw.org%2Fiit&s=3174872788" rel="noopener" target="_blank">Команда расследования и идентификации</a> (Investigation-identificatio team, IIT), но, насколько я понимаю, в данном случае она не может ничего предпринять, так как ее мандат распространяется только на территорию Сирии. Ее можно привлечь еще и в том случае, если сама страна, на территории которой произошло использование химического оружия, об этом попросит — то есть Россия сама должна будет инициировать расследование, чтобы им занялась IIT, но ни одна другая страна этого сделать не сможет.<br/> <br/> Тем не менее другие страны все равно могут использовать девятую статью для того, чтобы поднять вопрос о возможном несоблюдении Конвенции. В таком случае механизм требует сначала консультаций, которые, конечно, могут не дать результата. И тогда может быть сформирован орган, который займется расследованием — но как это будет происходить, и будет ли вообще, пока не понятно. Все это совершенно новая территория с точки зрения практики ОЗХО, никакие из этих механизмов до сих пор в действие ни разу не приводились.<br/> <br/> Расследование было опубликовано буквально пару дней назад, и поэтому никакой реакции от официальных органов стран-членов мы пока не видели, я думаю, она последует в ближайшее время. Атмосфера в ОЗХО уже довольно напряженная, что видно по голосованию по бюджету. Вопрос может быть вынесен на Совет Безопасности ООН — без особых перспектив, конечно, из-за права вето, которым обладает там Россия. Но дискуссия все равно может состояться. Есть еще, конечно, механизм расследований, которые может инициировать генеральный секретарь ООН — это было использовано в случае Сирии, поскольку она не была членом ОЗХО, — но Россия, в отличие от Сирии, является полноправным членом ОЗХО. А значит, расследование наверняка будет организовано в рамках самой организации. Как бы то ни было, в любом случае все будет зависеть от желания или нежелания других стран эскалировать ситуацию, а будет ли это желание и в какую сторону будут развиваться события, я предсказать не берусь.»<br/> <br/> <em><strong>Марк-Михаэль Блум</strong>, биохимик, много лет проработал в Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) и участвовал в расследовании отравления Скрипалей</em></p>"