В новостях прижился нарратив «формируется новый ОПЕК под США»: ОАЭ выходит из картеля, Венесуэла на американских НПЗ, Саудиты подвешены. Звучит красиво, но фактически — описывает немного не то. Структурно я вижу обратное: фрагментацию ОПЕК и сдвиг ценообразования к рыночному, а не картель под другим флагом.

Две причины, почему «ОПЕК-2» не складывается:
1. ОАЭ уходит ради свободы от квот, а не в новый блок. Мощности 4,8 мб/с при квоте 3+ — это почти 2 мб/с простаивало под давлением ОПЕК. На этой почве зрел конфликт с Эр-Риядом, иранские ракеты по территории ОАЭ просто ускорили выбор.
2. США в картель не вступают структурно: антимонопольное регулирование, частная добыча, Трамп играет в обратную игру с таргетом цены $50. Это анти-ОПЕК позиция, а не построение нового картеля.

Что реально складывается, так это не картель, а американский периметр в нефтяных потоках с разными ролями для разных игроков. ОАЭ как независимый производитель, политически близкий к США. Венесуэла как сателлит, поставляющий тяжёлую нефть на НПЗ Gulf Coast.

Российский рынок в нейтральном режиме: высокая нефть на фоне охлаждающейся экономики и крепкого рубля, смягчение ДКП идёт, но пока не разгоняет акции. Ниже — разбор по четырём осям и текущая рамка портфеля.

Нефть Brent / Urals

США перекрыли тонкий ручеек нефти, который ещё шел через залив, разворачивая и задерживая дружественные Ирану танкеры. Противоречивых сообщений в СМИ было столько, что до последнего не было понятно, когда состоится второй раунд переговоров. Но Трамп вчера сообщил, что переговорщики прибудут в понедельник, а Иран уже успел отказаться от переговоров. Дедлайн перемирия — 22 апреля (в среду).

После пятничного «открытия» пролива (Brent сходил к $85) сегодня пока получили нейтральную реакцию из-за новости о предстоящих переговорах. Логика chicken game: пролив будут попеременно «открывать» и «закрывать» как демонстрацию позиции к переговорам. Со временем рынок начнёт реагировать сдержаннее — по аналогии с нашими мирными переговорами, и премия за событие устаканится.

К утру 12 марта нефть снова поднялась к $97 после вчерашней нервной торговли в диапазоне примерно $85-92. Золото по-прежнему держится около $5150, S&P500 закрылся около нуля, но фьючерс снова в минусе, DAX снижается, доллар крепнет, а доходность 10-летних трежерис выросла до 4,24%. То есть скорее рынок остаётся в режиме затяжного энергетического стресса.

Почему нефть снова вверх? Потому что временные меры пока только покупают время, но не решают проблему. США подтвердили выпуск 172 млн баррелей из SPR, а IEA согласовала общий пакет примерно на 400 млн баррелей. Но это скорее «пластырь», потому что ключевое, — потоки через Ормуз, остаются под ударом.

Физическая ситуация по поставкам по-прежнему тяжёлая. За последние сутки Reuters сообщал о новых атаках на суда в Персидском заливе, а также о том, что Иран выставил в проливе около десятка морских мин. Вдобавок Оман уже вывел все суда из своего основного экспортного терминала Mina Al Fahal в качестве меры предосторожности.

То есть рынок сейчас разрывается между двумя сценариями.

К утру среды нефть откатилась к $86 после вчерашнего провала даже в район $80. Золото держится около $5200, S&P500 почти нейтрален, DAX отскакивает, доллар и доходности тоже без новых экстремумов. То есть рынок явно ушел от режима паники, который мы видели при скачке нефти выше $110.

Почему это произошло? На рынок пришло сразу несколько деэскалационных сигналов. Советники Трампа подталкивают его к формулировке плана выхода из войны, сам Трамп снова допускает переговоры с Ираном, США просят Израиль не бить по нефтяной инфраструктуре Ирана, а МЭА обсуждает крупнейший в истории выпуск стратегических нефтяных резервов. Плюс рынок по-прежнему закладывает, что часть дефицита можно временно закрыть за счет ослабления санкций и перенаправления потоков.

Но главное тут это то, что: откат нефти — это пока не признак того, что проблема решена. Физическая картина по поставкам остается тяжелой. Саудовская Аравия, ОАЭ, Ирак и Кувейт уже сократили добычу суммарно на 6,7 млн б/с, крупнейший НПЗ ОАЭ в Рувайсе остановлен после атаки, а чиновники из энергетической отрасли Залива прямо говорят, что нормальное возобновление экспорта через Ормуз возможно только после окончания войны. Одновременно американская разведка уже видит признаки возможной подготовки Ираном мин в проливе.

К утру 10 марта рынок заметно успокоился после вчерашнего панического открытия. Нефть откатилась к $90 после скачка выше $110, золото держится около $5160, S&P500 на основной сессии даже закрылся в плюс, а доллар и доходности тоже отошли от экстремумов.

На мой взгляд, это не признак того, что кризис рассосался. Скорее рынок получил сразу несколько поводов снять часть геополитической премии: Трамп заявил, что война с Ираном «может скоро закончиться», Тегеран допустил деэскалацию при определённых условиях, а США заговорили о временной остановке нефтяных санкций против ряда стран и даже о дальнейшем ослаблении ограничений на российскую нефть.

То есть рынок переходит из режима катастрофы в режим «может быть, дефицит получится частично обойти политическими мерами».

Но физическая картина по нефти всё ещё плохая. За последние сутки были новости об атаке на крупнейший НПЗ Бахрейна, ударе по комплексу Aramco, а Кувейт вообще приостановил добычу. При этом G7 пока не готова распечатывать стратегические нефтяные резервы.

Срез на открытии рынка:
— нефть $112 (+23%);
— золото $5090 (-1.5%);
— S&P500 фьючерс -2%;
— доллар DXY +0,8%;
— доходности 10-летних облигаций 4.2%.
Как писал вчера, рынок в пятницу вышел из стадии «контролируемая эскалация» и теперь в стадии энергетического шока. Если так дальше пойдет, то далее всё перерастет в стадию финансового кризиса.

На утро понедельника нефть сделала мощный гэп вверх: за прошлую неделю забились хранилища, а уходить ей особо некуда с БВ -> началось сокращение добычи:
— Ирак: 4,1 -> 1,7–1,8 млн барр/сутки;
— США планируют захват острова Харк [90% иранской нефти оттуда экспортируется];
— Кувейт сокращает добычу и так далее.
Это означает, что рынок начал закладывать реальный дефицит нефти.

При этом золото, акции продолжают умеренно падать, а доходности облигаций расти. По сути это можно интерпретировать, как ликвидацию активов: на падении рынка и росте волатильности фонды, люди просто закрывают всё. А рост доходностей облигаций = страх рынка перед инфляцией от нефти.

США и Израиль продолжают удары по Ирану. Иран отвечает по базам США в регионе, по энергетической инфраструктуре и не только. За последние дни:
1. Удары по объектам Saudi Aramco.
2. Сообщения о попаданиях по танкерам.
3. 150+ судов стоят вне Ормуза.
4. QatarEnergy временно остановил производство СПГ.
5. Газ в Европе практически удвоился в цене.
6. Ставки фрахта танкеров х2.

При этом рынок ведёт себя… удивительно спокойно. На сегодня нефть возле $83, золото ~$5100, S&P500 вчера после -1.5% по фьючерсам вышел в 0 на основной сессии (сегодня фьючерсы около -1.8%). То есть пока это не паника, а осторожность рынка.

Что сейчас ожидает рынок? Судя по динамике цен, базовый сценарий такой: горячая фаза 1-2 недели, потом деэскалация. Поэтому нефть пока не 100+, золото не по 6к, S&P500 не минус 5-10%. Рынок не верит в длительную блокаду Ормуза.

В качестве критичной точки для мировой экономики всё упирается в нефть. Навскидку сценарии такие:
$80-85 дискомфортно, но терпимо
$90-110 возвращается инфляционный риск, ФРС не сможет снижать ставку

Итак, сценарий с военной операцией против Ирана реализовался. Стороны провели первые обмены ударами, и Иран атаковал не только прямых агрессоров в виде баз США и Израиля, но и прилетало даже в казалось бы мирный ОАЭ, где я сейчас нахожусь.

Понятно, что Иран не сможет напрямую победить в этой войне, но сможет сделать её максимально неудобной для мира: перекрытие Ормузского пролива приведет к росту цен на СПГ и нефть, что приведет к росту инфляции и удорожанию вообще всего; атаки по странам залива вырубают авиасообщение (не только прямое, но и как связующие хабы). Поэтому задача Ирана — это держаться как можно дольше, а США и Израиля — быстро свалить режим. Так или иначе, такую же интенсивность обстрелов поддерживать долго не получится. В СМИ фигурируют сроки от нескольких до 10 дней.

Таким образом, предлагаю пока закладываться на то, что горячая фаза конфликта продлится до 10 дней. А вот если начнется наземная операция, то ситуация изменится, но пока едва ли Трамп хочет влезать в Ирак №2 перед выборами.

В последние недели вероятность этого сценария только нарастает. И это не просто заявления политиков: голосует рынок, — премия в нефти с начала года выросла на $10, а стоимость фрахта супертанкеров (VLCC) выросла до максимума со времен ковидных перебоев, когда нефтяные хранилища были переполнены и нефть приходилось хранить в море. Важным этот вопрос делает то, что через пролив проходит 20-25% нефти и нефтепродуктов, а также 20% LNG (сжиженного природного газа, преимущественно из Катара).

(Стоимость фрахта нефтяных супертанкеров (VLCC, USD/день))

Итого, какие мне видятся последствия?
1. Золото. Очевидный бенефициар за счет роста общих геополитических рисков.
2. Нефть. Уже подросла, но сейчас это скорее рост стоимости риска, а не физический дефицит. Фрахт, страховки, задержки (из-за учений Ирана в проливе) — сейчас только это в цене.
3. Газ. По бОльшей части это именно СПГ для Азии.
4. Инфляция. Нефть и газ — это фактически налог на всё: транспорт, химия, удобрения, электроэнергия и др.

Гендиры отнеслись к идее входа в Венесуэлу с разной степенью осторожности. Те, у кого уже есть в стране какие-то операции были более расположены, другие нет.

«Если мы посмотрим на существующие сегодня в Венесуэле правовые и коммерческие структуры и рамки, то сегодня она непригодна для инвестиций. В эти коммерческие рамки, правовую систему необходимо внести серьезные изменения, должны быть обеспечены надежные инвестиционные гарантии, а также изменены законы страны об углеводородах»
Вудс сказал, что активы компании в Венесуэле были конфискованы дважды с тех пор, как Exxon впервые пришла в страну в 1940-х годах.

Заявила, что может увеличить добычу на 50% в течение 18–24 месяцев за счет расширения существующих операций, которые составляют около 240 000 баррелей в день.

Глава Shell Ваэль Саван заявил, что у европейского нефтяного гиганта есть «возможности для инвестиций на несколько миллиардов долларов» при условии, что США предоставят исключения из своих санкций.