
Хочу написать небольшой пост про рыночную ситуацию, которая покрывает достаточно обширное количество интересных на мой взгляд моментов.
Трейд связанный с покупкой акций Х5 против продажи фьючерса на эту же акцию с экспирацией 18 декабря.
Я покупаю акцию X5 по 2697 ₽ и одновременно продаю фьючерс по 2728 ₽.
Фиксирую 31 рубль премии просто за то, что я готов подержать бумагу до экспирации + получаю опцион на то, что до экспирации компания может зафиксировать реестр акционеров для получения дивиденда, то есть получу распад фьючерса 31 рубль + дивиденд Х рублей.
Если дивидендов не будет — я всё равно зарабатываю около 10% годовых на схлопывании базиса.
Если же X5 всё-таки решит зафиксировать реестр акционеров до экспирации фьючерса (то есть дивидендная отсечка пройдет до), то:
при 150₽ дивиденда — доходность вырастает до ~50% годовых,
при 200₽ — до ~65%,
при 250₽ — до ~80%.
Риск на капитал нулевой: акция и фьючерс к декабрю схлопываются в одну цену. Иначе говоря максимальный «убыток» — это заработок 10% годовых за вычетом комиссий (ниже фандинга, но не больно).
Хороший торгаш всегда чувствует своего контрагента и никогда не приходит на торги с реальной ценой. Настоящая цена сделки достигается только в процессе переговоров — поэтому он никогда не скажет вам, по какой цене реально готов купить или продать в начале диалога. Сначала идёт прощупывание, где можно опустить или поднять цену, чтобы добиться максимально выгодных условий.
Эта механика работает не только на рынке, но и в любой переговорной логике. Именно поэтому заявления Лаврова о сохранении требований России и Зеленского о сохранении требований Украины — это лишь стартовые точки торгов. Публичная позиция до начала переговоров всегда максимально жёсткая: никто не будет говорить в прессу, что готов на уступки, пока процесс даже не начался. Смягчение позиции, если оно и произойдёт, обычно случается ближе к финалу, а не в прологе. Поэтому ждать «гибкости» от Кремля до старта переговоров не стоит — этого не делает никто.
Думаю, именно это и стало ключевой проблемой при организации саммита в Будапеште.

Как говорил Баффет, мужчину могут погубить три «L»: liquor (алкоголь), ladies (женщины) и leverage (плечи). Про первые два можно, конечно, поговорить, но канал немного о другом, поэтому — про плечи.
Ниже приложу перформанс моего агрессивного счёта, чтобы было понимание, что я в целом что-то знаю о плечах с точки зрения управления собственным риском (хоть и далеко не в идеальной форме с точки зрения защиты даунсайда — но все мы учимся). Очевидно, что на старте счёт не был огромным, но и совсем маленьким он не был. Доходность указана net of tax, поэтому грязными результат повыше.
Среднестатистический результат торговли с плечами — в лучшем случае убыток, в худшем — обнуление.
У этого есть простое математическое объяснение.
Существует так называемый Закон больших потерь (Law of Large Losses) или Асимметрия восстановления прибыли (Profit Recovery Asymmetry), который гласит: чем больше просадка, тем непропорционально выше должна быть доходность, чтобы вернуться к исходному уровню капитала.
Раньше я писал серию постов ПАПА НЕ ТОРГУЙ (можно почитать в закрепе), где разбирал ошибки и заблуждения ритейл инвесторов (да и в целом инвесторов, все мы их делаем), которые я за время своего пребывания на рынках замечал и вот новая мысль, которая касается торгующих через ритейл брокеров.
Ритейл инвесторы очень редко считают стоимость обслуживания у брокера, что для долгосрочного подхода (особенно в период таких высоких ставки) губительно. Стоимость фондирования (шорты/лонги) с текущими ставками выступают «теркой» для счета. Но если для плеча в лонг альтернатив не много, то с шортами есть нюансы.
Для любого институционального деска шорт — это источник фондирования, за который ему платят. Работает это следующим образом: если мне нужно открыть шорт, то я продаю бумагу X на рынке в T+1 (у меня образуется — в лимитах по бумаге) и в T0 размещаю кэш в РЕПО (обычно по ставкам денежного рынка) под залог бумаги X (в залог по размещенным средствам мне дают бумагу Х, которая мне закроет — в лимитах).