<HELP> for explanation

Блог им. option-systems

Не верьте цифрам!


Не все, что может быть подсчитано, имеет значение, и не все, что имеет значение, может быть подсчитано. (Альберт Эйнштейн)



Вышла новая книга — ne_verte_zifram_96dpi_700px_rgbДжона Богла, «Не верьте цифрам! Размышления о заблуждениях инвесторов, капитализме, «взаимных» фондах, индексном инвестировании, предпринимательстве, идеализме и героях»

Хорошо, что в последнее время выходят интересные книги про инвестировании, правда совсем небольшими тиражами в 1500 экземпляров, для страны с населением 143 миллиона человек это совсем мало. Но значит на таком уровне в России развита тема инвестирования.

По тому что, я прочел у Спирина — Ловушки одержимости числами (1)
книга довольно интересна. Да и автор - Джон Богл просто человек-легенда, создавший по факту современный мир паевых фондов.


Очень разумные вещи есть в данной книги, я иногда задумываюсь, вот я исследую данные компаний за прошлые периоды, не могу я попасть в одну из ловушек приведенной в этой книги. 

Но думаю, разумный подход должен уберечь...

Ниже привожу часть одной главы из книги, следующие выдержки можете в ЖЖ Спирина посмотреть, думаю, он еще выложит продолжение, дабы мне не делать «голый копипаст» на сМарт-Лабе...)

Прочтите обязательно текст ниже - в нем очень доходчиво всё написано - например, почему американский рынок с 2000 года идет в боковике, и что было за два десятилетия до этого...
 
* * *

Таинственные, порой случайные события формируют наши жизни, и не будет преувеличением сказать, что без Принстонского университета фонд Vanguard никогда не появился бы на свет. И кажется вполне вероятным, что никто другой помимо меня не додумался бы создать нечто подобное. Я не говорю о том, что я создал нечто значительное, поскольку в череде великих событий человеческой истории Vanguard едва ли заслуживает беглого упоминания. Но наш вклад в мир финансов — не только наша уникальная структура взаимной собственности, но и сам индексный взаимный фонд, трехуровневый фонд облигаций, наша простая философия инвестирования и наш неизменный фокус на низких издержках — сделал для инвесторов большое доброе дело. И все это началось в далеком сентябре 1947 г., когда я с волнением переступил порог Принстонского университета.

Мое знакомство с экономикой началось на втором курсе, когда я открыл первое издание знаменитого учебника Пола Самуэльсона «Экономика: Вводный курс» (Economics: An Introductory Analysis). Год спустя, уже обучаясь по специальности «экономика», я искал тему для своей дипломной работы и наткнулся на статью в журнале Fortune, где утверждалось, что взаимные фонды обладают огромным потенциалом развития. Заинтригованный, я немедленно решил сделать это темой своей дипломной работы. В свою очередь, она заслужила наивысшую оценку и чрезвычайно заинтересовала Уолтера Моргана, выпускника Принстона 1920 г., одного из пионеров отрасли и основателя Wellington Fund, который предложил мне работу в своем фонде. Основанный им в 1928 г. классический взаимный фонд сегодня входит в когорту более чем 100 фондов, работающих под эгидой Vanguard, и продолжает процветать по сей день, являясь крупнейшим сбалансированным взаимным фондом в мире.

В те давние времена экономика была очень концептуальной и традиционной. Наши исследования включали элементы экономической теории и философской мысли, начиная с великих философов XVIII столетия — Адама Смита, Джона Стюарта Милля, Джона Мейнарда Кейнса и т. п. Количественный анализ, по сегодняшним меркам, как таковой отсутствовал. (Насколько я помню, в нашем отделе даже не употреблялось слово «расчеты».) Я не знаю, вменять ли в заслугу — или в вину — электронному калькулятору то, что его появление привнесло новые веяния в исследования экономики и рынков, но с приходом персональных компьютеров и началом информационной эры числа стали безоглядно верховодить и править экономикой. То, что нельзя подсчитать, кажется, не имеет значения.

Я не согласен с этим и присоединяюсь к мнению Альберта Эйнштейна: «Не все, что может быть подсчитано, имеет значение, и не все, что имеет значение, может быть подсчитано». На самом деле, как гласит еще одна цитата, приведенная мной в конце этого эссе, «предполагать, что то, что не поддается измерению, не имеет значения, — откровенная глупость». Но прежде чем перейти к разговору о ловушках измерения, не говоря уже о попытках измерить неизмеримое — такие вещи, как человеческий характер, нравственные ценности, сердце и душу, которые играют ведущую роль в любой экономической деятельности, я хочу обсудить ошибочность некоторых широко используемых нами мер и ловушки, которые они создают для экономистов, финансистов и инвесторов.

Моя главная мысль такова, что сегодня в нашем обществе, в экономике и в финансах мы слишком доверяем числам. Числа не есть реальность. В лучшем случае они — бледное отражение реальности, в худшем случае — грубое искажение тех реалий, которые мы пытаемся измерить. Поэтому, во-первых, я постараюсь убедить вас в том, что мы чрезмерно полагаемся на исторические экономические данные и данные о рынке. Во-вторых, я покажу, как наша склонность к оптимизму ведет к неправильной интерпретации данных и побуждает оказывать им доверие, которого они редко заслуживают. В-третьих, ситуация усугубляется тем, что мы поклоняемся числам и принимаем (или принимали!) за талисман инвестиционной реальности сиюминутную точность цен акций вместо имманентной неточности внутренней корпоративной стоимости. В-четвертых, будучи не в состоянии избежать указанных ловушек численной экономики, мы фактически подорвали реальную экономику. В итоге я прихожу к заключению, что лучшей защитой от иллюзии определенности, порождаемой числами, являются неизмеримые, но тем не менее бесценные качества, такие как объективное восприятие, опыт, здравый смысл и способность суждения.

Ловушка №1: склонность переоценивать значение прошлого

Обыкновенные акции стали рассматриваться как пригодные для долгосрочных инвестиций, а не как чисто спекулятивные инструменты, примерно начиная с 1924 г., после выхода в свет книги Эдгара Лоуренса Смита «Обыкновенные акции как долгосрочные инвестиции» (Common Stocks as Long-Term Investments).

Ее не столь давней реинкарнацией стала вышедшая в 1994 г. работа Джереми Сигела «Долгосрочные инвестиции в акции» (Stocks for the Long Run). Авторы обеих книг ничтоже сумняшеся ратовали за вложения в акции и, возможно, обе сыграли роль в последовавших за их публикацией великих бычьих рынках.

Обе книги были наполнены данными, но кажущиеся бесконечными массивы нумерических данных, представленных в труде Сигела, продукте компьютерной эпохи, заставили бы его предшественника покраснеть от стыда.

Но вовсе не изобилие информации беспокоит меня в книге «Долгосрочные инвестиции в акции». Кто может быть против знаний? В конце концов, «знание — это сила». Мое беспокойство связано с тем, что очень многие из нас негласно полагают, будто история фондового рынка повторяется, в то время как на самом деле единственная определенность относительно будущих доходностей рынка акций заключается в присущей им неопределенности. Мы не можем знать наверняка, что готовит нам будущее, и должны принять самоочевидный факт, что прошлые доходности фондового рынка не имеют абсолютно ничего общего с актуарными таблицами.

Джон Мейнард Кейнс описал эту ловушку таким образом, что сделал ее очевидной: «Опасно применять к будущему индуктивные рассуждения, основанные на прошлом опыте [плохая новость], если невозможно определить четкие причины, по которым прошлый опыт был именно таким» (хорошая новость). Поскольку существует всего две фундаментальные причины, объясняющие доходность акций, требуются лишь элементарное сложение и вычитание, чтобы увидеть, как они формируют инвестиционный опыт. Часто игнорируемая реальность такова, что доходность акций определяется 1) экономикой и 2) эмоциями.

Экономика и эмоции

Под экономической составляющей доходности я подразумеваю инвестиционную доходность (которую Кейнс называет предпринимательством), начальную дивидендную доходность акции плюс последующий прирост капитала. Под эмоциональной составляющей я имею в виду спекулятивную доходность (спекуляцию в терминологии Кейнса) — доходность, которая генерируется в результате изменения оценочной ставки, или ставки дисконтирования, применяемой инвесторами к инвестиционной доходности. Оценочная ставка отражается доходностью по прибыли (или обратным показателем — коэффициентом цена/прибыль ).

(1) / Прим.: Доходность акций также находится под влиянием доходности безрисковых облигаций. Однако вследствие неустойчивости этой взаимосвязи я ее в данном случае игнорирую. На всякий случай могу сказать, что корреляция между доходностью акций и среднесрочных казначейских облигаций США начиная с 1926 г. составляла 0,42. Однако в последние 25 лет этот коэффициент был равен 0,69, а в последние 10 лет — 0,53. /

Например, если в начале десятилетия акция имела дивидендную доходность 4% и последующий прирост капитала 5%, ее инвестиционная доходность составит 9%. Если при этом ее коэффициент цена/прибыль повысится с 15 до 20, такое 33%-ное увеличение даст дополнительную спекулятивную доходность в размере примерно 3% годовых. Просто сложите вместе две доходности: полная доходность акций = 12%.

/ Прим.: Я признаю, что на самом деле их нужно умножить (т. е. 1,09 × 1,03 = 1,123), что дает немного другой результат. Но такая точность едва ли необходима в полном неопределенности мире инвестирования, а когда мы обращаемся к рядовому инвестору, простота является главным достоинством.

Таким образом, когда мы анализируем опыт великого бычьего рынка 1980-х и 1990-х гг., то можем сказать, что в эти два сходных десятилетия замечательная доходность акций складывалась из 4%-ной дивидендной доходности, примерно 6%-ного прироста капитала (что дает нам 10% инвестиционной доходности ) и беспрецедентного 7%-ного среднегодового роста коэффициента цена/прибыль. Результат: годовая доходность акций держалась на высочайшем уровне в 17% в течение самого длительного периода времени за всю 200-летнюю историю американского фондового рынка.

«Эксперты» пенсионного планирования

Вы спросите, кто может быть настолько глуп, чтобы прогнозировать будущие доходности на основе прошлых показателей? На самом деле так поступают очень многие, в том числе те, кто мнит себя экспертами в инвестировании.

Даже искушенные финансовые директора компаний и их консультанты по пенсионным программам наступают на эти грабли. В типичном корпоративном годовом отчете прямо заявляется, что «наши предположения о доходности активов выведены в результате детального исследования, проведенного нашими актуариями и специалистами по управлению активами, и основаны на долгосрочных исторических доходностях». Вполне естественно, что подобный подход заставляет компании поднимать планку ожиданий при любом повышении доходности в прошлом. Например, в начале бычьего рынка в 1980-е гг. крупные корпорации исходили из будущей доходности пенсионных активов на уровне 7%. К концу 2000 г., т.е. перед началом великого медвежьего рынка, большинство компаний повысили свои предположения до 10% и больше. Поскольку их пенсионные портфели включали не только акции, но и облигации, это говорит о том, что фактически они повысили свои ожидания относительно будущей доходности акций в своих портфелях до 15% годовых! Не верьте цифрам!

В начале нового десятилетия, 1 января 2000 г., должны были стать очевидными две вещи: во-первых, в результате падения дивидендной доходности до 1%, даже если прежний 6%-ный рост доходности на акцию сохранится (непростая задача!), инвестиционная доходность в последующие 10 лет будет составлять не 10%, а 7%; во-вторых, спекулятивная доходность не может повышаться до бесконечности. (И он говорит нам об этом только теперь!) Другими словами, если коэффициент цена/прибыль, 31-кратный на тот момент, подчиняясь практически универсальной закономерности, просто вернется к своему среднему историческому значению, равному 15, общая доходность рынка в ближайшее десятилетие уменьшится еще на 7% в год. Таким образом, по состоянию на начало 2000 г. разумно было предположить, что годовая доходность акций в ближайшие 10 лет будет равна нулю.

/ Уточнение: как оказалось, годовая доходность акций за десятилетний период 1999–2009 гг. скатилась до -0,2%./

В начале 2000 г. история убеждала нас в том, что долгосрочная годовая доходность акций на уровне 11,3% будет продолжаться и дальше, поэтому на фондовом рынке все будет хорошо. Но если мы бы мы послушали Кейнса и просто задумались о фундаментальных причинах, стоящих за прошлыми доходностями акций, — инвестиции против спекуляции, мы бы по большому счету знали, что должно произойти: пузырь, созданный эмоциями — оптимизмом, иррациональным изобилием и жадностью — на фоне эйфории, вызванной сменой тысячелетия, фантастическими перспективами информационной эры и «новой экономики», должен взорваться. Но если рациональные ожидания говорят нам о том, что может произойти, они никогда не говорят нам, когда. Судный день наступил через три месяца; в конце марта 2000 г. начался великий медвежий рынок. Ясно, что со стороны инвесторов было бы мудро принимать инвестиционные решения, исходя из ожиданий будущих доходностей, сформированных на основе текущего состояния рынка, но никак не его прошлой доходности. Насколько вообще разумно надеяться на то, что в будущем фондовый рынок будет копировать свое поведение в прошлом?

Даже не надейтесь!
 

Интересно, спасибо. Как раз думал закупиться чем-то свеженьким в поисках новых идей и вдохновения.)
avatar

tritokrat

Я не люблю чистые цифры. Ибо выходит, что просто можно подсчитать коэффициенты и все. Мне вообще кажется, что надо оценивать саму работу менеджмента, ибо мы вкладываем не только в компанию но и в менеджмент. Именно от действий менеджмента зависит прибыль компаний.
avatar

Viking

Числа имеют разную природу. Одно дело статистика, которую выполняет человек, совсем другое — объективные измерения с контролем достоверности, обработкой и фильтрацией. А в целом интересно, помогают ли торговать подобные книги?
vlad330033, я думаю ни одна книга не поможет торговать прибыльно и стабильно. Ну, то есть прямой помощи от книг ждать наивно и глупо. А вот косвенную помощь некоторые книги способны оказать, но это будет зависить уже от того в чьих она руках. Имхо.
Хорошая книга — причем, написанная таким автором!
1) Математика--это абстрактная формальная вещь. Фактически, это игры разума и ничего больше.
2) Для применения математики в реальной жизни нужны модели, связывающие реальную жизнь и математику. Например, для описания полета камня с 9 этажа хороша модель равноускоренного движения. Но эта модель абсолютно не подойдет для описания падения камня с высоты 5000 км.
3) Таким образом, очевидно, что бездумно играя числами ничего про жизнь сказать нельзя. Применяя модель равноускоренного движения к полету камня с высоты 5000 км, получим результат, абсолютно ничего похожего не имеющий с действительностью. Жизнь и числа связывают между собой модели--и модели бывают разные.
4) Отсюда ясно, что исследователь реальной жизни должен:
а) Владеть математикой
б) Уметь выбрать адекватную модель
И если а) это просто и этому можно научить любого неленивого--то б) это сложно. Это искусство, основанное на знаниях, опыте и, как следствие из знаний и опыта--на интуиции.

В статье описаны ситуации, возникающие тогда, когда исследователь знает математику, но не умеет выбрать адекватную модель. Естественно, итог такого подхода чаще всего печален.
avatar

anatolyutkin

есть спрос и предложение разница между ними цена.Цена это то что платите, ценность то что получаете…
avatar

gradus8

В электронном виде никто книгу не видел?
Спасибо, заставляет задуматься о цифрах и их месте в жизни.
avatar

bratmos

есть такая поговорка «что не цифра все вранье». в нашем деле более чем актуальная имхо.

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

Залогиниться

Зарегистрироваться
....все тэги
Регистрация
UP